— Это частные владения! — остановил он нас, глядя скорее выжидательно, чем враждебно. — Чего угодно?
— Мы пришли, чтобы растопить лед, — произнес я ритуальную фразу, отчего Варя прыснула в кулачок.
— Согрейте кровь, — уступил нам швейцар дорогу. — В прихожей вы найдете плащи и маски, можете выбрать по вкусу. Не волнуйтесь насчет гигиены, все они либо новые, либо тщательно отчищены. Дама, если захочет, может избавиться от прочей одежды.
— И что же, — заинтересовался я, — все избавляются?
— Не все, но многие, — пожал швейцар плечами. — Вы, наверное, в первый раз? Это раскованная вечеринка, тут принято не стесняться, а только получать удовольствие. Приятного времяпровождения!
Мы прошли внутрь. Плащи предлагались одинаковые, блестяще золотистые снаружи и красные внутри, очень легкие, будто шелковые. Единственная завязка сходилась на горле.
Зато выбор масок был неплох.
— Ты же у нас — актриса, тебе пойдет Коломбина, — предложил я Варе, указывая на понравившийся мне образец.
— Она очень красива! Но разве под нее не нужен соответствующий макияж? Дашь мне косметичку? — маска закрывала только верхнюю половину лица.
Варя, конечно же, взяла с собой женскую сумочку, но я ее отобрал заранее и убрал в пространственный карман.
— Косметика не потребуется, — я наложил на ее лицо иллюзию, заменившую толстый слой белил и вызывающе яркую помаду.
— Годится, — кивнула Варя, разглядывая себя в зеркале.
Местными плащом и маской я побрезговал, несмотря на уверения швейцара. Создал такие же, новые.
— А себе что возьмешь? — спросила Варя.
— Этого красивого «чумного доктора». Кажется, его роль просто создана для меня! По крайней мере на сегодня.
При входе в залу нас остановили два других швейцара и попросили пройти сквозь рамку вроде тех, что стоят в аэропортах. Они, изображая легкое смущение, сказали, что проносить оружие на собрание запрещено. Но я-то видел, что на самом деле они ищут Предметы. Я с легкостью распознал плохо настроенный артефакт, вмонтированный во «врата».
— Добро пожаловать в Храм! — поклонились швейцары.
Зала, пафосно именуемая «Храмом», тонула в полумраке. Единственным источником света были семь массивных канделябров. Свечи отбрасывали трепещущие тени на стены, обитые темно-синим бархатом. На нем каплями застывшего золота сияли вышитые пентаграммы, всевидящее око в лучах славы и циркули с наугольниками.
Паркет под ногами имитировал шахматную доску, гигантскую, на весь зал. Масоны гуляли по черным и белым клеткам с важностью, будто представляли себя фигурами. Между гостями сновали официанты обоих полов, разнося бокалы с шампанским. Из одежды на них были лишь маски и туфельки на девушках или сандалии на парнях.
«Традиции», — вспомнил я пламенную речь рептилоида.
Закуски можно было взять на столах по периметру «Храма». Гости в основном толпились пока там, подкрепляя силы. Многие дамы, это было прекрасно видно даже в полутьме, последовали совету швейцара и тоже оголились под плащом.
У дальней стены за небольшой сценой виднелась лестница, ведущая на второй этаж.
— Нас потом туда отведут? — спросила Варя.
— Нет, — покачал я головой. — самое интересное у них внизу. Эх, как же мне не везет в этом мире с подвалами!
К нам подошла дама лет сорока со сложной «стоячей» прической и плащом на голое тело, как здесь принято.
— Наверху у них маленькие спаленки. Там можно уединиться, когда устанете от таинства, — пояснила она. — Вы в первый раз?
— Да, можно сказать «проходим посвящение». Значит, говорите, «таинство»? И в чем же оно стоит?
— В полном раскрытии! — дама мечтательно закатила глаза.
— На самом деле я ничего против оргий не имею, — я с трудом сдержал смех.
— Всем хочется любви, — заметила дама слегка виновато.
— Вы же вроде замужем, — указал я взглядом на кольцо у нее на пальце.
— Да какая там любовь! — воскликнула дама.
К нам подошел невысокий господин в плаще и маске и, что его характеризовало крайне положительно в моих глазах, в штанах.
— Пани Моника, — обратился он к любвеобильной даме, — обратите свое внимание на тех молодых и пылких стриптизеров, что носятся здесь повсюду.
У нового нашего собеседника чувствовался едва заметный польский акцент.
— Раскрыли мое инкогнито, безобразник, — посетовала дама, не сказать, что сильно обиженно.
Она все же оставила нас в покое, отправившись искать другие приключения.