— До нашего знакомства у Апраксиной я даже не слышал вашего имени.
— Но я показал вам визитку, вы же навели справки. Кого я представляю?
— Тех, кто устроил бардак с грязными бомбами, два иномирных вторжения — это только те, о которых я знаю. Покушение на китайских деточек и нашего императора. Короче говоря, те самые силы, которые я намерен извести под корень.
— А если я скажу, что мне с этими силами больше не по пути?
— Я бы спросил, по какой причине вы вздумали отчитаться передо мной. Но не стану. Я знаю, по какой. Но вы явно хотите поторговаться, так что начинайте.
— С вами трудно строить разговор, — поморщился Крушевский.
— Потому что у меня нет времени на предисловия и длинные шахматные партии, — закатил я глаза в ответ. — Я сейчас не пытаюсь вас оскорбить, я правда в цейтноте, куда меня загнали в том числе и ваши усилия.
— Я могу помочь вам в вашей борьбе. Но я хочу знать, какую роль в новой России вы мне отведете, когда доиграете свою партию.
Я искренне рассмеялся.
— Что смешного вы нашли в моих словах? — нахмурился Казимир. Он вообще отличался богатой мимикой.
— Скажите сперва, Казимир, почему вы решили предать своих сподвижников?
— Меня оскорбляют и формулировка «предать», и то, что вы не обращаетесь ко мне, как подобает. Перед вами целый князь!
— Поверьте на слово, целый князь, я не тот человек, с которым стоит меряться титулами. А теперь ответьте на вопрос, так нам проще будет о чем-то договариваться.
— Я никого не предаю и не предавал! — вздернул подбородок Крушинский. — Я ищу оптимальный курс для России! И если мои, как вы выразились, сподвижники, ушли по дурной дороге, мне с ними не по пути.
— И вы пришли ко мне. С чего вы взяли, что я возьму вас с собой?
— Вы, Беринг, — в каждой бочке затычка! Камешек в ботинке и перо, ломающее спину верблюду. Но крылья мельницы, крутясь, безумца сбрасывают в грязь! Вы — тот безумец, которого перемелют жернова тех, кто имеет реальную власть! Хотите победить, я вам скажу как! Но я должен знать, что вы займете место рядом со мной.
— Мне приятно, что вы сравнили меня с Дон Кихотом. А теперь я вам расскажу, почему вы здесь на самом деле. А вы ответите на все мои вопросы. Иначе ваше место будет в лучшем случае на свалке истории. В худшем — вы и сами знаете.
— Да как вы… — взбеленился было князь, но взял себя в руки. — Ну расскажите.
— Вы поняли, что ваши приятели тащат вас в пропасть. Но вы были готовы следовать за ними, надеясь получить преференции после победы. Но когда все планы начали ломаться из-за такого камешка в ботинке, как я, вы устроили мне проверку. Ею стала ловушка на масонском собрании. Теперь вы убедились, что я — не случайная величина. И вы правы. Вот только награду я вам предлагаю другую.
— Какую же? — хрипло прошептал Казимир.
— Если вы считаете, что я стану вознаграждать вас за все фокусы, что ваша партия выкидывала, вы — безумец. Приз я вам предлагаю один: если вы способны реально мне помочь, и, конечно, не станете метаться между партиями, ища кусок пирога повкуснее, я не дам вам сгинуть вместе с прочими. Скажу еще проще: поможете мне сейчас и не умрете мучительной смертью.
Глава 17
Князь много чего говорил, по большой части бесполезное. Но когда он произнес заветные слова «Гейдельбергский клуб», я навострил уши. Именно в Гейдельберге завербовали геккона-террориста, пытавшегося подорвать караван.
— Мне вообще не следовало бы знать о его существовании, — признался Казимир. — Британский сноб проговорился. Но только потому, что не уважает он русских. Даром, что я принадлежу к старинному польскому роду. Но даже я для них — слишком мелкая сошка, чтобы воспринимать всерьез. Указания они нам передают через исполнителей.
— Вроде Курака?
— Да, но не совсем. Как я понял, он считается элитой, его вызывают тушить самые горячие пожары. Рутину он разгребает в Восточной Европе. К нам же приезжал Эдмунд Уэсли.
«Как же, как же, — подумал я, — как живой перед глазами стоит. Он чуть ли пинком отодвинул Васина, когда тот пытался меня допрашивать. Не совсем меня, Манна, так что официально я с Эдичкой не знаком».
— Расскажите подробнее про Гейдельбергский клуб.
— Теневое правительство. Дико засекреченное. А больше я и сам не знаю.
— Там сидят люди?
— В каком смысле?
— Не притворяйтесь, будто не а курсе, что Инквизицией рулят завры. Рептилоиды с крокодильими мордами. А Инквизиция в свою очередь рулит всем. Повторяю вопрос, в этом чертовом клубе сидят рептилоиды?