— Проблем нет, я и собирался разобраться с делами ну очень далеко отсюда.
— «Далеко» это где? — я увидел, что Боброву действительно интересно.
— Для начала я слетаю на Марс.
— Звучит как «мне в Париж по делу срочно», — рассмеялся Бобров. — Если бы я сам не побывал на твоей станции, в жизни бы не поверил.
— Поверил бы, я бы устроил тебе экскурсию.
— В добрый путь, Яков Георгиевич. Официально тебя пока никто ни в чем не обвиняет. Ты главное не подставляйся ни под чью горячую руку.
Глава 3
Спокойно улететь в космос мне не дали. Я сам виноват, решил выпить чашечку кофе с пирожным в самоварной. Туда ко мне вбежала возбужденная Вероника.
— Яков, там к тебе целая делегация.
Я, грешным делом, подумал, что меня уже арестовывать пришли, но директор отеля уточнила:
— Губернатор Птицын лично, а с ним инспектор по экологии Брусникин и граф Вележев.
Тут я понял, что пришла пора для второй серии уговоров. Жжет им во всех интимных местах Беккеровский караван гадостей. Я только переспросил:
— Графеныш лично пожаловал?
— Графеныш? — не сразу поняла Вероника, но тут же до нее дошло. — Нет-нет, не юный граф, а его отец.
— Ладно, — вздохнул я, — попроси их подождать в лобби, предложи кофе-чай или что там положено, скажи, что я у себя, но сейчас спущусь.
Вероника понимающе кивнула, а я перенесся в Лазурь телепортом, чтобы не засветиться у лифта. Там я напряг Алису, чтобы она отправлялась на Байкал и оттуда срочно доставила ко мне Сидорова. Открыть портал прямиком к студенту она затруднилась, в этом я ей помог. Сам же я надел свежий парадный костюм, все же солидные люди на поклон пришли, надо соответствовать.
Спустился в лобби, поздоровался, пригласил всех в свой кабинет.
— Мы наслышаны о вашем прекрасном пентхаусе, — намекнул Птицын.
— Там слишком много народа заняты разными проектами, — возразил я. — К тому же, как я понял, мы будем обсуждать дела, в кабинете нам будет удобнее.
На самом деле он у меня не большой, размером с гостиничный номер, но трех гостей, не считая меня любимого, он вмещает без проблем. Даже и Сидорову места хватит, когда он все-таки появится.
Так что мы прошли туда и расселись. Вероника освежила гостям кофе, заодно и мне принесла чашечку. Я сказал ей, что меня ни для кого нет, имея в виду возможных посланцев от Покровского, или кто захочет покуситься на мою голову.
Когда Вероника удалилась, я уставился на визитеров с легкой улыбкой. Дескать, чего приперлись, говорите уже.
Гости переглянулись, никто не решался начинать разговор, я же не спешил им помогать. Наконец Вележев-старший откашлялся.
— Вы плохо начали с моим сыном, — он посмотрел, как я реагирую, но я ждал продолжения с той же терпеливой улыбкой. — Вчера вы сказали ему, что он просит вас о спасении без должного уважения, — я по-прежнему молчал, не меняя выражения лица. — Я согласен, что мы все неправильно отнеслись к вам, не понимая до конца вашу роль и значимость. Что же, перед вами три весьма достойных человека, и мы просим со всем уважением. Решите уже проблему с этими проклятыми отходами.
— Я не готов брать на себя вину за то, что недооценил вас, — вступил в беседу Брусникин, — но да, я не поддержал вас в нужный момент. Вы заслужили извинений со стороны всех присутствующих, но речь сейчас не о нас. Нам грозит натуральная экологическая катастрофа.
Я подождал еще немного, вдруг и Птицын захочет внести лепту, но губернатор отмолчался.
— Почему вы не решили проблему штатными методами? — спросил я Брусникина.
— Что вы имеете в виду?
— Вряд ли это первые токсичные отходы в истории Российской Империи. Наверняка есть какой-то могильник, куда они периодически сбрасываются. После должной обработки, конечно.
— Вот вы о чем, — поморщился Брусникин. — В Московской Губернии никакого могильника нет и быть не может. И я абсолютно уверен, что цистерны не доедут до места назначения через полстраны. Они уже проделали большой путь и сейчас пребывают не в лучшем состоянии.
— Ну же, Яков Георгиевич, — поучаствовал, наконец, в беседе губернатор, — спасайте нас. Скажу честно, мы пытались обратиться к другому специалисту в этой области, Генри Манну.