— Ты жив! — Горн плюхнулся рядом на ступеньку. — Я тебя не видел целый месяц! Думал, ты тоже сбежал, как те подмастерья, про которых рассказывали.
— Я здесь, — сказал Мин. — Таскаю камни, растираю порошки, мою кисти и таскаю вёдра. Кисти, кстати, козьи. Их сорок штук, и каждую надо мыть в три раствора. Это на случай, если тебе когда-нибудь покажется, что жизнь внешнего ученика тяжела.
Горн расхохотался, покачал головой, вытянул ноги на ступеньку ниже и принялся загибать пальцы, перечисляя.
— У нас тоже не сахар, — сказал он. — Подъём до рассвета, медитация два часа, потом тренировки на площадке и работы, ей мы тоже занимаемся, знаешь ли, до обеда, потом занятия по контролю ци, потом снова работа и медитация перед сном. Наставник Фэн говорит, что если мы не наполним хотя бы десять каналов к концу первого месяца, он лично выбросит нас за Врата.
— И сколько ты уже наполнил?
— Девять из тринадцати, это тяжелее чем кажется — Горн поморщился. — Не хватает одного. Некоторые, уже наполнили одиннадцать, а то и все двенадцать. А Син Вэй, говорят, все свои двадцать два наполнил. Третий уровень Пробуждения. За месяц.
Мин присвистнул. Двадцать два наполненных канала, означали, что ци в теле Син Вэя текла по двадцати двум руслам одновременно, формируя сеть, через которую он мог пропускать во много раз больше энергии, чем Горн с его девятью. Ручей против реки, и никакое упорство эту разницу не компенсировало. Каналы определялись при рождении: сколько «спящих» русел заложено в теле, столько и можно наполнить. У Мина их было шесть, у Горна тринадцать, у Син Вэя двадцать два, и потолок у каждого был свой.
Конечно этот потолок можно было пробить и проложить новые каналы, но только после наполнения уже имеющихся. А еще такое стоило невыносимой боли и ресурсов в виде духовных трав и камней.
— А внутренние ученики? — спросил Мин. — Те, что выше вас?
— О, — Горн закатил глаза, — внутренние живут на четвёртом ярусе, у них отдельные комнаты, свои наставники, доступ к закрытым техникам, и, если верить слухам, им духовные камни выдают каждую неделю. Духовные камни, Мин! У нас в глазах рябит от одного вида, а им выдают горстями. Ходят в белых одеждах вместо серых, и младшие наставники обращаются к ним «старший брат» или «старшая сестра», хотя половине из них по двадцать лет.
— А чем внутренний отличается от внешнего? Только количеством каналов?
— Не только. Внутренний ученик должен достичь как минимум четвёртого уровня Пробуждения и пройти отбор старейшин. Четвёртый уровень, Мин, это когда ты наполнил все свои каналы полностью и начинаешь уплотнять поток, повышать его чистоту. Или и того сложнее, прокладываешь новые. На первом уровне ты просто чувствуешь ци. На втором она течёт по каналам, но вяло, рывками. На третьем поток становится ровным, и ты можешь выводить ци наружу, бить, ставить щит. А на четвёртом, ци начинает циркулировать по контуру без твоего усилия, сама, как кровь по жилам. Говорят, на этом уровне практик может не спать по несколько суток и не уставать.
Мин слушал и запоминал. Библиотечные свитки по культивации описывали примерно то же самое, но сухим языком инструкций. Горн пересказывал наставника Фэна, и в его пересказе ступени культивации звучали как лестница, на каждой ступеньке которой стояла табличка: «Это не для тебя».
— А старейшины?
— Я слышал, что старейшины на пятом ярусе. Туда даже внутренним ходить нельзя без вызова. Четвёрка Старейшин, четыре патриарха Обители, все на ступени Ядра. Это третья ступень культивации, Мин. До Ядра люди культивируют десятками лет. Сначала Пробуждение. Потом Формирование Потока, это когда все каналы замыкаются в единый контур и ци начинает циркулировать постоянно, днём и ночью. А потом уже Ядро, когда вся накопленная энергия сжимается в одну точку внутри тела. Практик на ступени Ядра может одним ударом расколоть скалу. Наставник Фэн говорит, что старейшина Хо, на пике ступени Ядра, и если он захочет, может снести полгоры одним хлопком ладони.
— Одним ударом сдвинуть гору, — повторил Мин, покосившись на каменную плиту, которую он утром полчаса волочил по лестнице. — А я ее таскаю по кусочкам. Видимо, я на правильном пути, просто иду с другого конца.
Горн фыркнул. Они помолчали, глядя на террасы Обители выше по склону. На четвёртом ярусе, где жили внутренние ученики, виднелись крыши павильонов с резными коньками и развевающимися лентами. На пятом, у самой вершины, стояли здания, окутанные лёгким туманом, и даже отсюда Мин чувствовал далёкую плотную вибрацию ци, гул, который проникал в кости.