Отлично вчера погуляли, глажу загривок псикота.
— Мр-р-р, ня, мр-р-р.
Теперь можно поваляться в постельке с чувством хорошо выполненного долга. А то все заботы, заботы… Совсем я себя загнал работой в последнее время. Со стороны папаши ар Таруса угрозы больше нет. Серые после моих подарков, думаю, не скоро теперь оправятся. А если и оправятся, то им точно будет не до меня. Финансовое положение у меня неплохое, спасибо Перегрину. Мы с ним сильно поднялись за весьма короткий срок. Кандид оказался человеком очень предприимчивым и толковым! И полезным. И даже если бы дочка у него была бы уродиной, я все равно бы на ней женился!
Чешу псикота за ухом, знаю, что ему это особенно нравится.
— Мр-р-р, ня, мр-р-р.
Но гость, появившийся в зоне чувствительности, сразу портит благодушное настроение. Самель собственной персоной, узнаю ненавистника пушистых котиков. И чего Хэдесу неймётся? Если бы это Ринат захотел меня видеть, то он бы связался по амулету. Вскакиваю с постели и торопливо одеваюсь.
В дверь постучались. Стучится в мою комнату только графиня, остальные обитатели дома чаще открывают ее ударом ноги.
— Да, тетушка Октавия, иду уже, иду.
Внизу меня встречает лорд Альва, император его тоже пригласил. Странно, что Хэдес тянул с этим приглашением столько времени. Живет в столице брат короля соседнего государства, ещё и Гранд к тому же! Может, Хэдес надеялся, что Альва сам к нему придет? Наивный! Вечером Гранд промышляет в столице браконьерством, чтобы утром проиграть свои трофеи Шесемтету. Делать старику больше нечего, совсем из ума выжил. А играть просто так, не на интерес, Нэко отказывается. Зараза! Но это даже не его вина. Нэко пристрастился играть с Кассандрой в «монопольку». Шесемтета очень задевают его постоянные проигрыши этой мелкой оторве. Та тоже отказывается играть не на интерес, сестричка скармливает трофейные уши Пожирателю. Дурдом!
— Дед! Хэдес не знает про мои родственные связи, ты там лишнего языком не трепи! — смотрю я на лорда Альву с некоторым подозрением.
— Ты еще поучи меня! Внучок! — Лорд Альва насмешливо хмыкает.
М-да! Эта красавица и есть тот самый агент Серых, которого мы с Нэко в женском туалете скрутили? Ангел просто, а не агент! Девочку одели в шикарное изящное платье, по воротничку и манжетам которого идет вышивка золотом с драгоценными камешками, блеск камешков гармонирует с ослепительным блеском глазок агента. Ринат облапил бывшего представителя Серого братства за талию и не отпускает от себя ни на шаг, смотрит на нее умильными щенячьими глазами. Впрочем, кажется, агента такое положение вещей вполне устраивает, она даже не пытается вырываться и бежать. А источники пси Рината и нашей добычи чуть ли не в одно целое сливаются. Взаправду любовь? В принципе, дельта и омега — идеальное сочетание.
Лорд Альва с каким-то кислым выражением лица бегло скользнул взглядом по моей несостоявшейся убийце. Мол, не очень-то ему и хотелось тогда ее отловить. Ну да, ну да, а мы ему верим. Бывший агент Серых приветливо улыбается и машет лорду ручкой как старому знакомому. Принцесса Клеопатра поглядывает на братца с плохо скрываемой насмешкой. Гранд Тиранус задумчиво развалился на диванчике и никак не реагирует на наше появление.
— Приветствую вас, ваше высочество! — Император встает со своего тронного кресла, делает несколько шагов навстречу брату Флавия и радостно протягивает руки в его сторону. — Как поживает мой августейший собрат король Илионы?
— Хорошо поживает… — Лорд Альва слегка наклоняет голову в качестве приветствия.
— Рад, что ты откликнулся на мою просьбу и согласился зайти. — Хэдес подходит и приобнимает лорда за плечи. — Пойдем, в это смутное время нам так много необходимо обсудить. А молодежь пусть общается, у них свои заботы. Эх, молодость… — Император наигранно вздыхает и качает головой.
— Влад, это Диана. Моя невеста! Ты, к сожалению, тогда не успел с ней как следует познакомиться, она замечательная! — Ринат подводит ко мне экселенца Серых. — А старики пусть предстоящую войну обсуждают, — небрежно машет он рукой.
— Да? — С сомнением разглядываю убийцу.
А действительно ведь не успел познакомиться. Нэко оглушил ее, прежде чем я успел спросить у нее имя. Да и спрашивать имя в туалете было как-то несвоевременно: и девушка, и мы с Шесемтетом спешили. И потом тоже было не до того. Диана покраснела, наверно, тоже об этом подумала.