Пауза затягивается. Преданно пожираю обожаемого монарха глазами, держу морду кирпичом. Лицо Хэдеса становится слегка разочарованным. Ну да, много вас таких, желающих покопаться в моей голове. Это один из важнейших аспектов защиты, я над ней работал с особой тщательностью вовсе не для того, чтобы первый же попавшийся мне навстречу император смог ее взломать.
— Так вот, — Хэдес вздыхает, — вчера было совершено покушение на моих детей. На Рината и Клеопатру.
Вот это он меня удивил! Я даже забыл, что морду кирпичом надо держать.
— Все покушавшиеся, к сожалению, мертвы. Сам способ, каким было совершено покушение, остается непонятен. Самочувствие Рината и Клеопатры постепенно ухудшается. Придворные целители и лучшие специалисты из благородных и Великих Домов причины болезни не понимают. Известные диагностики показывают, что все в норме, дети здоровы, вот только это не так! Я вспомнил, что в империи есть еще один специалист, недавно оказавший неоценимую услугу Дому Фламиниев. Поэтому я тебя и пригласил сегодня, раньше, чем планировал.
У принца и принцессы во дворце есть личные территории, но сейчас для удобства целителей пациентов поместили в смежные комнаты, двери в которые ведут из общего центрального зала. Зал превратили в небольшую больничную ставку. Даже кровати здесь установили, видимо дежурные целители собираются ночевать здесь же.
Ар Самель проводил нас до дверей в этот зал, где нас сначала встретила охрана, а затем и главный придворный врач ар Авкт в компании ар Ферокса и ар Келсия из Дома Дециев.
Кажется, неприязнь мастера Авкта можно даже руками пощупать. Однако говорить он ничего не стал. Видимо, распоряжение императора по моему поводу до них уже довели. Но и приветствовать меня он считает излишним делом, скептически поджимает губы и недовольно косится на Шесемтета. Ар Келсий нейтрально вежливо кивает в мою сторону. Но я чувствую, как от него так и тянет любопытством. Мастер Ферокс встает навстречу, кланяется как равному, а затем тепло приветствует меня, как старого друга.
— Заждались уже, коллега! — Мастер Бетуциев выражает радость по поводу моего появления. — Тертиус, на тебя вся надежда. Может, ты сможешь разобраться, что тут происходит?
— Император хватается за соломинку! — Недовольство мастера Авкта прорывается наружу. — Убийцы из Серого братства осечек не допускают, они все делают наверняка. Невозможно мелкому несмышленышу разобраться с последствиями их действий. Против их яда не бывает противоядия.
— Но терять-то нам уже нечего, даже за последний час состояние детей императора значительно ухудшилось… — Ар Ферокс пожимает плечами. — Кого будешь осматривать первым, виконт? — Мастер Бетуциев вопросительно поднимает брови.
— Пожалуй, эксперименты лучше ставить на принцессе, — пожимаю плечами, — в случае чего ее будет не так жалко.
— Тогда тебе в эту дверь. — Ар Ферокс кивает и открывает дверь в ближайшую комнату.
— Ферокс. Старый осел! Зачем ты впустил сюда этого школьника? — Голос у Клеопатры хриплый, дышит тяжело, ее знобит. — Да еще с животным! — Принцесса злобно сверкает глазами.
Следом за нами в комнату входят ар Авкт и ар Келсий.
— Одеяло с нее убрать? — Мастер Бетуциев демонстративно игнорирует августейшую особу, бесцеремонно подходит к кровати Клеопатры с явным намерением силой скинуть с нее одеяло.
— Не надо, — делаю отрицательный жест рукой. — Я и так увижу все, что мне надо.
— Как знаешь, я думал, тебе будет интересно. — Ар Ферокс равнодушно пожимает плечами.
Некоторое время в разных диапазонах рассматриваю организм Клеопатры с помощью сенсорной сетки. И ничего не понимаю! Тело вроде бы полностью здорово. Но что-то неправильное происходит с ее источником. Что не так, понять не могу. И времени явно осталось уже немного. Поскольку раньше детально рассмотреть источник принцессы я не мог, сравнивать картину мне не с чем. Девочка неслабая, станет Грандом в ближайшие лет пять. Если доживет. Источник чистый, даже печатей на нем никаких пока нет. Конечно, ничего удивительного в этом нет, к детям императора отношение очень бережное.
— Что думаешь, Нэко? — смотрю я на псикота. — Да что это с тобой, дружище?