“Ладно, ладно, извини. Я возьму тебя на прогулку позже в качестве извинения. Как насчет этого?”
“Правда?! Мы можем ненадолго выйти за стены?”
“Конечно”, — сказал он. “А что? Хочешь посмотреть, каково это — мочиться в снег?”
“Ха-ха-ха-ха… ауч!” Сайлас вскрикнул от боли, почувствовав локоть в ребрах. Посмотрев в сторону, он увидел, что Аша смотрит на него.
“Веди себя прилично, ты, мул”, — предупредила она. “Ты не можешь так разговаривать с девушкой!”
“Значит, ты не девушка?”.
“Я примирилась с твоими мерзкими губами”, — сказала она. “Но я не позволю тебе осквернять ими мир!”
“О, она тебя зацепила”, — присоединился Деррек, ухмыляясь. “Она мне уже нравится”.
“Кто-то, кто может управлять тобой?” добавила Райна, тоже усмехаясь. “Возможно, я просто начну называть ее Мастером и просить у нее уроков”.
“Не думаю, что ты оценишь ее уроки”, — проворчал в ответ Сайлас. “Они включают в себя кучу вещей, которые ты бы точно сделала с кем-то совсем другим”, — пока Райна краснела и дулась, Аша вздохнула и легонько шлепнула его по затылку.
“Какие вещи? Не надо выпускать в мир бродячие и странные вещи. Нет никаких вещей”.
“Ах, это правда, нет никаких вещей”, — вздохнул Сайлас, когда Вален заказал еще одну порцию напитков. Ему этого не хватало, понял он; он, как и большинство других, боялся, что Сайлас впадет в депрессию. Вот почему они в основном предоставили его самому себе и не беспокоили его; к счастью, это, похоже, сработало, поскольку он относился к ним так, как никто другой в замке — как будто не было ничего другого. “Итак, мы проводим турнир. Тебе придется действовать с размахом, милый маленький принц. Приготовь огромный пир, напиши несколько чертовски хороших речей и попроси бардов сочинить несколько новых песен. Ты готов?”
“Хох, конечно!” Вален кивнул, поднимая кубок, и все остальные последовали за ним. Даже Райна присоединилась, украдкой выпив, пока все были сосредоточены на принце. “Это будет самый грандиозный турнир в истории Королевства! Возможно, не по мастерству, но по сердцу и духу ему не будет равных!”
“Да, хорошее начало”, — усмехнулся Сайлас. “За принца и за будущее!”
“Э-э-э? Что…”
“За принца и за будущее!” Пока Вален несколько неловко принимал тост, остальные выпили свои кубки и начали расходиться по одному — вероятно, желая как можно быстрее распространить информацию. Вскоре осталась только первоначальная группа — с добавлением Аши, которая уже переместилась подальше от Сайласа и села рядом с Райной.
“Теперь я начну задавать странные вопросы”, — неожиданно сказал Сайлас, заставив Валена наклонить голову в его сторону. “В основном о твоем отце”.
“Мой… отец? Почему?” спросил Вален, выглядя несколько неловко.
“Потому что я знаю до хрена всего о человеке, которого мы планируем свергнуть”, — сказал Сайлас. “А я так не действую. Ну, раньше не действовал. И я хотел бы вернуться к этой философии. Итак, давай начнем с самого начала. Как много ты можешь рассказать мне о своем отце до того, как он стал королем?”
Глава 142. Король Вивенул
“С чего начать?” пробормотал Вален, сделав глоток вина и крепко задумавшись на мгновение, прежде чем продолжить. “По правде говоря, большая часть того, что я знаю о своем отце до моего времени, это истории — легенды и мифы, даже те, которые слуги и стражники рассказывали шепотом, когда думали, что я не слушаю. Как он в одиночку отбился от стада разбойников, как голыми руками победил злобное чудовище размером с башню замка, как он может летать как птицы или стрелять огнем из своих рук… все в таком духе.”
“И большая часть остального была формальностью. Поскольку меня учили в Королевской академии, не похоже, чтобы преподаватели критиковали меня, так что все было как обычно”.
“Что-нибудь выделяется?” спросил Сайлас. Они вдвоем с Райной, Дерреком и Ашей переселились в причудливые покои вдали от оживленного замка.
“Не совсем”, — ответил Вален, сделав глубокий вдох. “По сравнению с некоторыми другими королевскими главами в истории Королевства, восхождение отца было… довольно незаметным, честно говоря. Не было ни убийств, ни чисток семейных соперников, ничего. Двор с десяти лет или около того решил, что однажды он станет королем, и… никто не протестовал. Как я слышал, он всегда превосходил всех остальных практически во всем — особенно в магии. Но даже помимо этого, он стал почетным рыцарем к двенадцати годам, стал Ученым, напитанным звездами, к пятнадцати годам, и даже принял роль командующего армией от деда перед его смертью.”