Честно говоря, уже рассчитывал на штурм центра связи.
Бериславская сориентировалась быстро.
Просочилась вслед за мной в неосвещённое помещение, закрыла за собой входную дверь, чем погрузила нас в абсолютнейший мрак, и тихо прошептала:
– Светоч…!
В ладошке разноглазки загорелся небольшой, с кулак размером, шарик чего-то нематериального.
Испускаемого им светового потока хватило, чтоб мы смогли обозреть небольшую комнатушку пять на пять метров.
Опасно, конечно, что ни говори.
Мы в закрытом помещении с единственной дверью, и не видим, кто на подходе.
В любой момент времени могут постучаться хозяева местных пенатов или собраться штурмовая группа у входа.
Вот для чего надо разноглазку науськивать в дроны…
С другой стороны, лишь бы гранату не кинули.
Пробросить Путь и телепортироваться отсюда – секундное дело.
Главное – успеть среагировать на внешний раздражитель…
…я уже собрался было резать всё, что по калибру и твёрдости материала поддалось бы моему мультиинструменту, как вдруг понял, что я тот ещё додик фестивальный.
Меня выдвинули на должность Архимага Путей? Выдвинули.
Мне удалось освоить проброс Пути? Удалось.
Я испытываю какие-то трудности с перемещением грузов методом телепортации? Даже половых не испытываю.
Я хотел вывести из строя передающие мощности местной станции связи, чтоб при штурме синдикат не смог соединиться с внешним миром? Хотел.
Так на кой ляд использовать полумеры?
Мы прямо сейчас можем вынести эту станцию в прямом смысле этого слова!
Во всей комнате пять столов и стульев, к столешницам которых прикручено по одному наборному приёмо-передающему устройству с шифратором и ключом!
Да я прямо сейчас могу «психануть» и вынести всю мебель вместе с табуретками, а не только передающие мощности станции!
Стоит ли говорить, что задуманное было исполнено раньше, чем я успел додумать эту мысль?
Всё. Шикарно.
Даже, если местные наёмники имеют какой-то наличный запас частей, узлов и агрегатов для текущего ремонта станции связи, сильно сомневаюсь, что они при этом имеют возможность заменять целые телеграфы в сборе. Один-два, может, и найдётся на складах. Но вряд ли сразу пять.
Содержимое комнаты оказалось перемещено к нашей самоходке, оставленной возле развёрнутой наземной станции управления.
Заодно, перебрасывая туда ставшее трофейным оборудование, осмотрел технику на предмет чьих-то загребучих ручонок.
Если я обнёс станцию связи синдиката, то кто сказал, что чьи-то лапки не могли приватизировать наш хабар?
Закон ночи. Плохо прикрученное украденным не считается.
Минута делов – и вот я опять на крыше вместе с Алиной.
– Теперь ждём, – прошептал ей. – Гаси светильник. И сидим тихо-мирно пять минут.
Девушка послушно загасила своё осветительное колдовство.
Дождавшись, пока в руке напарницы погаснет сияние, приоткрыл входную дверь в надстройку, впустив внутрь немного лунного света снаружи.
Тождественной замены освещению не вышло, но это и не было самоцелью.
Сейчас наша задача – дать глазам заново привыкнуть к полумраку.
Некоторое, пусть и не очень долгое, время, мы провели при свете относительно яркого источника.
Как следствие, наши глаза стали хуже видеть в темноте: особенности нашего биологического вида.
Но стоит провести при естественном ночном освещении (допустим, две полные луны на безоблачном небе) несколько минут, и зрительный аппарат адаптируется к новым условиям видимости.
Читать мелкий шрифт всё равно не получится, но, хотя бы, сможем видеть то, что не под силу наблюдать сейчас.
Кстати, можно с пользой для дела это время использовать.
Натянул на морду лица очки дополненной реальности, прислонился спиной к стене, чтоб не словить когнитивный диссонанс от вестибулярного аппарата, и посмотрел, где носит мою «птичку».
Дрон завис там же, где и должен, на высоте примерно километр. Правда, его уже отнесло ветром на порядочное расстояние, но он всё ещё в радиусе действия нашего пульта. Что там по остаточному заряду батарей…?
Блин… вовремя спохватился… Энергия кончается. Надо «пташку» сажать, покуда не рухнула в лесную чащобу…
Я едва успел провести борт до места, где мы оставили самоходку, и посадить его на грунт.
Бериславская молча трясла меня за плечо, информируя о возникновении нештатной ситуации.