Хотя бы, старшая дочь смогла стоять на ногах самостоятельно.
– Мне невероятно тяжело дастся решение распрощаться с Златой, – проронил отец семейства. – Мы можем содержать её бессрочно долго. В пище и питье она не испытывает недостатка, а трат на увеселение с развлечениями нет вовсе. Ей не нужны дорогие платья и наряды. Даже то, что в приступах она крушит всё, не прибитое к полу, мы можем перенести. Но её безумный голос, не умолкающий ни на миг... Она может проснуться среди ночи и начать бегать, кричать... Попытки запереть только усугубляют и провоцируют новые приступы, в которых она вредит себе ещё больше. Мы не можем вечно держать подле неё служанок... да и какая служанка справится с ней? Как и в тебе, в Злате нет Силы... Но я поражаюсь, как в её тщедушном тельце помещается столько энергии. Мы не можем сдерживать её дольше. У нас кончаются и физические силы, и душевные. Мы должны... принять... тяжёлое решение. Иначе отправимся в дом милосердия вслед за Златой.
– Я не могу этого так принять..., – дрожащим голосом, но уже твёрдо мысля, отозвалась Алина. – Неужели моего жалования не хватает на оплату услуг лекарей?
– Деньги не имеют значения, – тихо проронила мать. – Для вас нам с отцом ничего не жалко. Но мы обошли всех известных врачевателей душ в окрестных губерниях. Дали молву, что ищем их и в южных, и в западных, и в северных, и в восточных весях. Наши люди объехали всё от Северного моря до Урала и от западных границ Империи до южных. Боюсь, что в государстве просто не осталось учёных мужей, кто смог бы нам помочь. Увы, человек не всесилен...
– Тогда я пойду за границу Империи! - выдавила старшая дочь. – Не верю, чтоб во всём мире не было никого, кто не справился бы с душевной хворью! Наверняка есть кто-то! Я к Императору пойду!
Отец вздохнул, тяжело опускаясь в кресло.
– Увы, дочка. У Великого Императора Всероссийского, да благословит Господь его правление, мы уже были. Даже невзирая на нашу принадлежность к роду Бериславских, он не смог удовлетворить наше прошение. При Дворе нет настолько сильных лекарей и врачевателей.
Алина запрокинула головку к потолку и попыталась подавить новую волну плача, которая порывалась покинуть грудь девушки.
– Я этого так не оставлю..., – прохрипела она. – Должен быть способ... Я не верю, что его нет...
– Даже твой великий предок Берислав не знает способа, – вздохнула Яна. – На днях Злате исполнится восемнадцать зим. И девять из них мы боролись с её... блаженством. За это время он так и не смог найти решение.
– Значит, искать его дальше буду я.
– Врачевания требуют филигранного владение Силой, – мягко возразила Алине родительница. – Вы с сестрой... унаследовали от меня бессилие.
– Я – Бериславская! – горько ухмыльнулась девушка. – Меня это не остановило. Отныне мне подвластна Сила.
Родители с недоумением воззрились на горделиво выкатившую грудь колесом дочь, что за двадцать лет жизни не была замечена в тяге к пустому бахвальству или изложению не подкреплённых чем бы то ни было фактов.
– И я сейчас не про камни-накопители говорю, – добила их Алина. – Мой накопитель принял Силу. Спустя двадцать лет от моего рождения.
Отец с матерью переглянулись.
Случаи, когда неодарённые Силой люди пробуждали в себе возможность пользоваться ею редки до безумия.
За всю историю буквально несколько десятков таких было известно, и все они находились под пристальным контролем для изучения.
Но до сих пор учёные мужи не сумели разгадать всех тайн инициализации.
Если человек рождался без доступа к Силе, то это считалось пожизненным приговором.
Теперь же старшая дочь семьи развеяла этот постулат, сама встав на одну ступень с легендами, поправшими бессилие.
– Такими вещами, обычно, не шутят, – выдохнул отец. – Ты утверждаешь, что отныне свободно прибегаешь к Силе без помощи артефактов?
Вместо ответа разноглазка молча кивнула.
– Вот как..., – мать расслабилась в кресле и прикрыла глаза. – Хоть кто-то не будет пожизненно расплачиваться за огрехи своей матери...
– То, что ты родилась без Силы и не передала нам её благодать – не твоя вина, матушка, – отрезала Алина.
– Но, как это возможно? – спросил глава семьи. – Это же не случилось в одночасье и вдруг?
– Можно сказать и так. Дедушка Берислав считает, что это могло быть следствием... одного моего... союза...
Разговор затянулся, покуда старшая дочь посвящала родителей в переплёты своей службы и последней прошедшей недели.
***
Гиперактивная девчонка успела утянуть меня на второй этаж, где застряла по пути к третьему.