От её волос шёл незнакомый, но очень приятный запах чего-то, похожего на цветы или луговые травы. Такого аромата ещё не слышал. Но от него хотелось зарыться в волосы разноглазки, старательно вымытые и расчёсанные.
– Ты помогла сестре продержаться. Не будь твоих усилий – и мои уже не помогли бы. Некому было бы помогать. Ты тянула на себе лямку бурлака, даже не подозревая, что её невозможно вытянуть. Просто тянула и вытягивала, вопреки всему. Этим выиграла время до моего, почти случайного, появления. А сегодня, оставив все дела, помогала семье и родителям по дому, как ответственная и любящая дочь. Крайне редко кому-то удаётся добиться уважения в моих глазах. Это требует дюжих усилий. Ну, или необходимо сотворить что-то эдакое. Ты же… просто невероятна. Потому не кори себя. Ты сделала всё, что могла в своей ситуации. Остальное беру на себя.
Ручка Алины нерешительно коснулась моей, обнимающей её сзади, будто бы боялась, что я отдёрну её или пресеку.
– И всё равно всю работу делаешь ты, – прошептала разноглазка. – Распознал недуг. Раздобыл зелья. Увлекал Злату. Дал дому тишину.
– А ты дала мне сил всё это провернуть.
Всё моё тело почувствовало, как вздрогнула напарница.
– Я боец простой. Если вижу, что могу помочь – помогаю. В особенности, если это для меня необременительно. Но я по себе знаю, каково работать с соратниками, которых гложет что-то нехорошее дома. Даже если опустить, что от домашних невзгод у бойцов страдает эффективность действий… мне очень не понравилось видеть тебя такой, какой ты выбежала из кабинета Протопопова. Мне не нравится видеть слёзы в твоих красивых глазах… не нравится утирать их с твоих нежных щёк… Я не хочу, чтоб ты страдала из-за того, что страдают близкие тебе люди. Не могу обещать, что немедля исправлю всё, что тебя гнетёт. Но ради тебя, моя дорогая, я буду драться не только за тебя, но и за твоих людей.
Пальчики Алины крепко сжали мою руку.
– Ты слишком красочно излагаешь для наёмного дружинника. Ни один ратник даже дворянского происхождения так красиво не скажет. Но, почему-то, я хочу верить тебе, «Мастер»…
– А ты не хоти, – подсказал я. – Просто верь. И у нас с тобой всё получится. Бой предстоит тяжёлый. И мне понадобятся силы, чтобы выйти из него победителем. А ты отдохни от своих проблем и просто дай мне сил.
– Возьми их…, – едва слышно прошептала разноглазка. – Возьми… меня…
Абсолютно беззвучно развязался узелок на шёлковом пояске, обхватывающем Алину на её талии. Гладкая ткань халатика растеклась и безропотно спала с точёных плеч соратницы. Моя рука стала медленно опускаться сверху вниз по хрупкому тельцу девушки, заставляя её дышать глубже и чаще. Обняв другой рукой за грудь, отчётливо почувствовал, как начинает уходить в зашкал сердечко соратницы, с силой прокачивая кровь.
Наклонился к девушке и осторожно, стараясь не навредить, прикусил её ушко.
Алина шумно вдохнула и всей спиной вжалась в мой торс, крепко обхватив своими руками мои.
Тишину спальни Алины прервали её слова, едва слышно оброненные с придыханием.
– Молю тебя… не покидай… Ты нужен мне…!
Мягкое, нежное, но настойчивое давление заставило девушку опереться на подоконник и выгнуть спинку. Мои руки заскользили по телу партнёрши одними кончиками пальцев, заставляя девушку дрожать и постанывать.
Ярко светили две луны на небосводе чужого для меня мира. С улицы пробивался свет дежурных фонарей на территории имения. Действительный тайный советник первого класса Бериславская, на деле оказавшаяся простой беззащитной девчонкой Алиной, стояла у окна в своей не освещённой спальне, дрожа от нетерпения и взбираясь на вершину будоражащих ощущений.
– Прошу… умоляю, не томи…! Возьми…!
Между прочим, разноглазка довольно громкая, особенно когда находится на пике удовольствия. Не для того я даровал стенам этого дома тишину и покой днём, чтобы разорвать их ночью на сон грядущий. Если нам надо переключиться и выпустить пар, то делать это лучше не в комнате Алины, а в другом месте.
Вспышка телепортации от проброса Пути оповестила всех, кто мог бы видеть нас в тот миг, что мы не потревожим сон домочадцев имения. Сладкий голосок разноглазки будет раздаваться этой ночью в других местах.
***
Долгожданная ночь тишины опустилась на дом Бериславских неожиданно и мягко, как безмолвный полог. Многие уже и забыли, каково предаваться отдыху в тёмное время суток, не поднимаясь из-за криков или буйства неуравновешенного ребёнка. Но сейчас даже бойцы родовой гвардии, привыкшие к положению дел в имении, недоумённо взирали на стены охраняемого поместья, не видя в окнах ни единого источника света. Все спали крепким здоровым сном.