Оба собеседника подобрались, как легавые, учуявшие лёгкое мясо.
– То есть, ты готов предоставлять свои услуги бессрочно? – уточнила Алина. – Я правильно поняла, что тебя интересует не только разрешение кризиса, но и дальнейшее сотрудничество?
– По сути, я работаю в двух мирах, – подтвердил ей. – Но в своём мире кое-чего, да достиг. В вашем же буквально впервые обретаюсь. Если вы хотите, чтоб решал для вас задачи – мне нужен инструментарий и обеспечительная база, начиная от материальной составляющей и заканчивая информацией. Как следствие, мне необходим личный запас ресурсов, с которыми я смогу решать ваши задачи, параллельно обеспечивая себе преклонные года. Остаётся лишь сторговаться на цене. Безвозмездно работать не стану, мне и моём мире неплохо платят. Но и наглеть сильно не буду. Царскую дочь в жёны и полцарства в придачу требовать не стану.
– И насколько «бессрочный» контракт тебя интересует? – справился руководитель Тайной Канцелярии.
Я пожал плечами.
– Сколько мне отпущено. Все мы под Богом ходим. Лягу костьми в этой войне – тогда и разговаривать не о чём. Живыми останемся – тогда хоть пять лет, хоть десять, хоть пока меня ноги носить не перестанут.
На минуту в кабинете повисла тишина. Её нарушал лишь мерный звук работы напольных часов размером с хороший оружейный шкаф: механизм работал так звучно, что отдавал в висках подобно Ленинградскому метроному.
Оба моих собеседника думали. Глазки Бериславской бегали из стороны в сторону, цепляясь за различные предстающие перед её разумом визуализации. Девушка, определённо, очень бурно и чрезвычайно скоро просчитывала некие вариации. По тому, как с каждой новой мыслью светлел разум и веселел взгляд, становилось понятно: разноглазка находила какие-то просто невероятные комбинации. Протопопов держался намного спокойнее. Его взор был монотонен и не выражал каких-то всплесков эмоций. Да, кое-что в нём читалось: не совсем бездушный истукан. Но всё время, что потребовалось этим двоим на домыслы и раздумья, руководитель Тайной Канцелярии молча смотрел на меня, безэмоционально потирая рукой подбородок.
– Хорошо, – протянул офицер. – Один из последних на сегодня вопросов. За что просишь своё жалование? Что умеешь, что можешь предложить?
– А что надо? – вопросом на вопрос ответил я. – Не знаю, как у вас, а в моём мире наёмник – это не просто «стреляй вон в тех парней». Мы отличаемся умом и сообразительностью. Если необходимо – осваиваем новую специальность. При сугубой необходимости – прямо на ходу. Умею стрелять, взрывать, разведывать и штурмовать. Хорошо управляюсь с техникой, особенно при выработанном на обучение моторесурсе. В некоем объёме знаю стрелковое, инженерное дело. Кое-что понимаю в связи. Неплохо владею полевой медициной. Командовать умею, но не люблю. Могу действовать как в составе, так и в индивидуальном порядке.
– Забыл добавить навыки проброса Путей, – усмехнулась Бериславская.
– Случайность, – отмахнулся я.
– Два раза? – повела бровью Алина.
– Значит, совпадение.
Вот если будет третий – то это уже, мать её, статистика.
– Решение останется за Императором, – проинформировал Протопопов. – Он должен принять резолюцию.
– Кстати, о резолюции..., – как бы между делом говоря, обронил я, и подал собеседнику сложенный в нарукавном кармане лист с перечнем интересующих меня пунктов.
Исписанный по возможности аккуратным почерком лист, озаглавленный по «шапке» хрестоматийным «Ходатайствую». Теперь бы этот список протолкнуть. Если удовлетворят – будет фора на первых порах…
Глава 16. О значимости тостов.
По результатам переговоров нам предложили дождаться утра. Как выяснилось, мы закончили очень глубоко в ночь, и Алина, если честно, не выглядела бурно фонтанирующей энергией. Ехать в обитель среди ночи и возвращаться под утро желания у неё не имелось. Под соусом ожидания принятия решения нам выделили закуток, куда по коридорам и перестенкам Тайной Канцелярии меня проводила Алина, задержавшись по пути в паре мест у дежурных по этажам.
Оказывается, девушка в конторе довольно частый гость. Настолько, что по роду деятельности оставалась в ней ночевать с завидной регулярностью.
И ещё более оказывается, что «закуток» в конторе – это отдельный гостиничный комплекс для сотрудников и особых гостей, которых зашкварно класть на ночёвку в кутузку.
Закуток Алины представлял собой отдельные апартаменты. Он располагался на одном из «собственных» этажей Канцелярии, где квартировались «свои», и представлял собой довольно помпезный по моим меркам номерок на, между прочим, двоих.