Берислав дотянулся до сравнительно небольшого кубка с водой и одним мощным залпом осушил его.
– Я неспроста именуюсь Архимагом Пути. Добрые языки даже величают Великим. Весь свой земной путь изучал Силу во всяком её проявлении, и во многом преуспел. Свои последние обращения к Силе я облеку в явление, кои уже сумел испытать. И пусть они не сумеют упокоить меня в вечном успении, но обрету свой покой в обители, отойдя от мирских дел.
Алина подошла к столу и водрузила на него большой кан с похлёбкой собственного приготовления. Какой-то холодный суп, чем-то напоминавший нечто среднее между окрошкой и полевой кашей.
Девушка взяла черпак и угостила каждого за столом порцией.
– Я говорила тебя, что пространство и время неразрывно связано, – произнесла правнучка Архимага, наливая половником в тарелки. – На этом принципе основана оборона обители и Сумеречной Долины. Но есть прямая зависимость между размером подчиняемой области и разницей в скорости течения времени. Чем больше покрывается область – тем меньше разница в скорости течения времени. Чем меньше область – тем с большей разницей можно заставить идти время быстрее или медленней. Дедушка нашёл способ управлять им, для чего и собирается в усыпальницу. Он хочет воспользоваться этим методом до того, как его тело умрёт физически. Это позволит в некий критический момент пробудить его за советом или помощью, но до тех пор Берислав Всеволодович будет в безопасности.
– Хитро придумано, – оценил я. – Полезный навык, однако.
Поздний завтрак не затянулся надолго. Похлёбка Алины и впрямь была сродни моей окрошке: холодный суп, в который порезали всё, что попалось под руку. Готовится быстро, сил требует мало, а на вкус… необычно. Не настолько необычно для привычного жрать что ни попадя наёмника, как для обычного городского жителя, но всё равно. Однако, даже несмотря на это, свою порцию я умял быстрее всех. Уж не знаю, какой такой взгляд у меня был, но, заметив его, Алина, покраснев, молча налила мне добавки.
И уже после приёма пищи Берислав, остаканившись какой-то местной лечебной настойкой, спросил:
– Сколь многим ты успел, воине? Труды познал за весьма малый срок. Но отложилось ли что в уме-разуме?
Видимо, дед инсайд спрашивал о тех книгах, что я изучал в отсутствие Алины.
– Достаточно, чтобы два раза вернуться в свой мир и обратно, – хмыкнул я. – Правда, бесконтрольно.
Берислав нахмурился и перевёл взгляд на правнучку.
– У «Мастера» это само получается, – пояснила Алина. – Засыпая, во сне он сам перемещается в свой мир. В этот раз он захватил с собой и меня.
Взгляд Великого Архимага Путей потяжелел.
– Всё же, истинно Мироходец ты, стало быть, гридь, – мрачно произнёс старец. – Залазно, однако, поприще. Толма и згинуть недалеко.
«Гридь» – воин или дружинник. «Залазно» – опасно. «Поприще» – вообще-то, мера длины в тысячу шагов или расстояние дневного перехода. Вероятно, в данном случае употреблено в значении направления движения или области действия. «Толма» – «так». «Згинуть недалеко» – «недолго и помереть, сгинуть».
А то, блин, я этого сам не понимаю.
– Всё никак в толк не возьму, – нахмурилась уже Бериславская. – Мы всегда считали, что без таинства инициализации пользоваться Силой нельзя. Это даже не запрет, а сама суть Силы. Её необходимо пробудить. Но «Мастер» пользуется ею без ритуала, и при том довольно успешно. Как так, если над ним не свершалось таинства?
Архимаг перевёл взгляд на меня.
– На меня не смотри, – сразу открестился я. – В моём мире магия – не более, чем досужие россказни. До сих пор не был пойман ни живым, ни мёртвым ни один маг, что на практике применял бы свои силы. Я не могу быть инициализирован в мире, где практикующую магию днём с огнём не сыщешь.
– Не всё то злато, что светом брезга богато, – проронил Берислав, не сводя с меня взора. – Не мы, так иные. Не ты, так над тобой. Таинство могло быть свершено и без твоего ведома.
«Злато» – понятно большинству, это «золото». «Брезг» – это по-старорусски «рассвет». Отсюда, кстати, и художественное, но редко употребляемое «забрезжил рассвет». «Не всё то золото, что блестит». Не всё то, чем кажется на самом деле: это хотел сказать Архимаг.
– Каким местом? – повёл бровью я. – В нашем мире магии нет. По другим мирам я, особо, не ходок. Кто и где мог провернуть надо мной такое? Да ещё так, чтоб я сам об этом знать не ведал.
– Вопрос хороший, – Алина откинулась на спинку стула. – Но ответить на него можно не раньше, чем мы узнаем устройство твоего мира поближе. Если предположение с таинством не подходит, то остаётся признать, что ты изначально предрасположен к Силе, потому и используешь её без инициализации. Это же объясняет, почему именно твоя душа откликнулась на зов. Как мы уже говорили, было определено, что ты – наилучший кандидат. И произошло это без изучения твоего личного дела.