Мешок занял своё место у окна, чуть в глубине. Сложив пулемёту сошки, уложил оружие на подушку. Следом улёгся сам, примеряясь.
Сойдёт. Было бы неплохо другой приклад сюда поставить, более подходящий по форме для стрельбы из положения «лёжа», но уж за прикладом телепортироваться не хочу. Вот ещё, каждому винтику кланяться…
Тем более, что сейчас начнётся самое веселие.
На фрезерованной крышке ствольной коробки зажёг прицельную марку коллиматорный прицел. Откинутый восьмикратный увеличитель занял своё рабочее положение. Прибор уже давно настроен под моё зрение, потому крутить диоптрические поправки не пришлось. В системе ничего не менялось, потому и настройки оптики оставались неизменными.
А вот в восьмикратный увеличитель было отчётливо видно, как бойцы Морозовых заняли свои позиции в укрытиях, готовясь встретить супостата по сусалам. Супостат готовил свои сосала ко встрече, методично продираясь прямиком по полям в сторону имения.
В поле зрения прицела попала так называемая «тяжёлая самоходка». Ею оказалась дур-машина размером с междугородный автобус грязно-мразотного цвета без опознавательных знаков. Судя по тому, как медленно, но уверенно двадцатиметровая дура ползла по перепаханному полю с взошедшими посевами, крутящего момента ей не занимать. И я уже понял, что этот гроб на колёсах станет моим трофеем, если уцелеет в бою.
А шансы уцелеть у него были. Потому что в окуляр прицела отчётливо видно, как самоходку окружает похожее на силовой щит марево, от которого отскакивают выстрелы морозовских стрелков. Уж не знаю, чем они бьют, но даже если прикинуть кинетическую энергию выстрела поверхностно, выходит, что щиты у самоходки некислые. Они, не замечая, выдерживают обстрел довольно многочисленной братии. С моей позиции уже видны десятки бойцов.
– Какие есть способы подавить щит противника? – спросил я. – Транспорт закрыт каким-то полем.
– Смотря, какого рода щит, – проинформировала Алина. – В большинстве случаев работает перегрузка. Необходимо нагрузить защитное заклятье так, чтоб оно не смогло отразить урон. В идеале, это необходимо делать одним сильным ударом. При прочих равных длительное менее мощное воздействие может не сработать.
Значит, методичный обстрел из РПК отменяется. Да и жалко патроны, если честно. Они тоже, знаете ли, денег стоят.
В уме промелькнула идея использовать против самоходки проброс Пути. В лучшем случае я смогу её телепортировать. Осталось выбрать куда. В худшем случае ошибусь в расчётах при сотворении заклятья и транспорт не переживёт перемещения, выйдя из него беспорядочным набором атомов. Тоже, в принципе, результат. Но мне хотелось затрофеить самоходку.
– Сможешь долбануть чем-нибудь? – спросил Алину.
Бериславская выглянула в окно.
– Не на таком удалении, – призналась разноглазка. – Подобравшись вплотную ещё ладно. Но за половину километра…
Полкилометра – действительно весомое расстояние. Даже у меня на руках всего лишь РПК, а не СВД. Патрон менее настильный, да и кинетической энергии в пуле меньше. Про прицел вообще не заикаюсь: «круг с точкой» для спецназа – достаточное оснащение, чтоб гвоздить на пятьсот метров в ростовую и не заморачиваться. Я же на такой дистанции только «выносить» по вертикали умею, но никак не по горизонтали. Учитывать ветровой снос не могу: не полноценный снайпер.
Значит, подпустим поближе. Абсолютно подтверждённый результат моей работы – двести пятьдесят метров по грудной мишени с открытой механики. Правда, тогда и на руках была «семьдесят четвёрка», и патрон был 5,45х39, а не 7,62, но сам факт. Значит, на дистанции до трёхсот метров по любому должен кого-нибудь достать. Особенно, если вспомнить баллистические таблицы превышения и падения для пули, да приправить эти значения «ближним» и «дальним» «нолём» для ствола длиной в 590 миллиметров.
Самоходка подползала ближе, огрызаясь огнём из своих окон. Именно окон: не бойниц. Это не был танк или бронетранспортёр. Я бы именно автобусом междугороднего сообщения её и поименовал. Высокая, метра под четыре. Широкая, почти столько же. Длинная, что гусеница. Делать транспортёр для поля боя таких размеров – означает мгновенно списать его в утиль уже в первом же наступлении. Хотя, этот ещё держится. Надеюсь, достанется мне более или менее целым.