Пока говорил, вернулись две девушки-помощницы, водрузившие на стол не много и не мало, а натуральный ларь, инкрустированный каменьями. Причём, красивых красотулек в оформлении не было от слова «совсем». Все каретки, удерживающие в себе инкрустации, блистали аж целыми камнями-артефактами.
Ветрана встала со своего места, дотянулась до ларя и открыла крышку, улыбаясь мне в глаза. Действо явно было адресовано мне, и именно от неё лично.
Потому что в ларе размером локоть на локоть лежали россыпью чеканные знаки, принадлежность которых к денежным не определить было невозможно. А цвет металла, из которого они отчеканены...
– Смеем надеяться, вы примите это скромное вознаграждение за, вне всякого сомнения, бесценные услуги, оказанные нашему дому. Тут несколько больше, чем среднее жалование наёмника. Но, скажу без лукавства, этого должно хватить, чтобы сия плата послужила залогом нашего сотрудничества в дальнейшем. Тут должно быть двадцать тысяч рублей.
И вот как прикажете реагировать на это дело? Нет, с одной стороны, сделал дело – гуляй смело. Забирай причитающееся и свободен. Но с другой стороны, какова бы услуга ни была, а миллион рублей золотом (именно столько составляет сумма в пересчёте на привычные мне цифры с учётом разницы курсов) – не то, чем одаривают первого встречного, сколь бы богат ты ни был.
Такими суммами нередко оперируют, чтобы задобрить кого-то после злостного косяка или как выкуп за какую-то услугу. Но ничего такого, чтоб говорить о подобных цифрах, я, в своём понимании, не сделал. Это взятка? Или меня попытаются купить на эти деньги? Реально, моя месячная зарплата за день. А если так подумать, то выглядит так, будто Морозовы...
Что-то завертелось во мне в предвкушении чего-то нездорового. Какая-то чуйка сказала мне, как лучше будет поступить.
Я потянулся к ларю и взял из него верхнюю монету. Повертел в пальцах. Увесистая... Больше пятирублёвой и весит соответственно. Грамм десять точно, если не пятнадцать.
– И что предписывает ваш этикет на этот случай? – спросил в никуда, не обращаясь ни к кому конкретно.
Ответила Алина, как ответственная за меня в этом мире.
– Обычно, благодарности не раздают всем подряд. Они отмечают действительно отличившихся и свидетельствуют о соответствующем размере признательности. К тому же, ты не котёнка с дерева снял. А помог сохранить людские жизни. Размер благодарности сообразен свершённому деянию.
– Не в моём понимании.
Монета из моих пальцев вернулась в ларь.
Я закрыл крышку и посмотрел в глаза Ветраны, в которых промелькнуло недопонимание. Вслед за ней помрачнел и отец девушки.
– Моя сопровождающая заранее извинилась, если по незнанию нарушу какие-то ваши правила, – произнёс я. – И вслед за ней приношу свои извинения тоже. Но жизнь бесценна. А только что вы попытались купить у меня жизнь своей дочери и её соратниц. Вместе с жизнями тех, кого мы, с ваших слов, сегодня уберегли от смерти. И даже определили им цену. В моих глазах это выглядит как обесценивание жизни. Присвоена рыночная цена тому, что бесценно и не может быть оплачено. Как будто та же дочка... вещь?
Взгляд главы рода потяжелел ещё больше.
– Я не считаю себя имеющим право принять вознаграждение в подобном виде. Это бы означало, что я сам участник рыночной торговли жизнями. А это несколько... конфликтует с моими моральными ценностями. Я не могу продать вам жизнь вашей дочери или кого-то из ваших людей.
Алина с интересом посмотрела на меня. В её взоре неприкрыто читалось неподдельное уважение, которое никак нельзя отыграть, каким бы актёром театра ты ни был.
Что-то похожее промелькнуло и в глазах Олеси. А вот Катя с Настей чуть ли не окрылённо воспылали. Чую, после этого у меня появились если не поклонницы, то, как минимум, положительно относящиеся ко мне девушки.
– Если готовы расстаться с такой суммой, то вот вам моё слово. Пусть этот ларь с деньгами станет приданным для Ветраны. Вы говорите, девушка уже на выданье? Вот и придержите до поры, до времени. Неважно, за кого выйдет замуж. За меня, или, быть может, найдёт кого-то более достойного. А я, как и сказал, в качестве оплаты услуг забираю самоходку тех бандитов. Строить наши с вами отношения мы можем и не обмениваясь суммами денег.
Олеся улыбнулась.
– Вы необычайно прямой человек, Александр Александрович. И у вас... любопытнейшая точка зрения на некоторые острые вопросы. Как мать, я благодарю Господа Бога за то, что моя дочь повстречала именно вас. По правде говоря, вопрос с приданным Ветраны уже давно закрыт. Но, если таково ваше решение, то мы можем добавить ваше вознаграждение к нему.