Алина стояла, потупив взор. Глаза светлейшей княжны бегали из стороны в сторону в пустом взгляде, будто девушка просчитывала какие-то сценарии. На неё никто не давил, давая возможность взвешенно принять решение самостоятельно. Разноглазка не могла не понимать, как важно сейчас то, о чём мы разговаривали.
Марина живым, но тяжёлым взглядом окидывала нашу троицу, переводя взор с одного на другую, и не вмешивалась, осознавая всю тяжесть положения дела.
— Марина, — позвала помощницу Бериславская. — Будь так милосердна. Присмотри, пожалуйста, за Златой. И вы, дорогие гостьи, тоже. А ты, «Мастер»… отойди со мной ненадолго.
Разговор тет-а-тет не затянулся надолго. Действительный тайный советник первого класса увлекла меня за угол дома, туда, откуда нас не могли услышать или увидеть. Хотя, с последним я бы поспорил: вон, бойцы родовой гвардии исправно патрулируют периметр. С их позиций прекрасно можно рассмотреть, чем занимаемся мы двое.
Благо, что занятия не перетекли ни во что большее, чем полевые экспресс-переговоры.
— Ты явно не праздно шутишь, — начинающим ломаться голосом проронила Алина. — В противном случае едва ли привлёк бы с собой знахарку…
— Для тебя это ещё не очевидно? — осведомился я. — Лин, повторяю ещё раз. Лечение Златы — не то, что можно прервать потому, что мы разочаровались в своих силах. Его необходимо закончить во что бы то ни стало. Иначе так называемый «откат», который накроет её после резкого отказа от психотропных препаратов, усугубит всё ещё хлеще, чем было до нас. Этого категорически нельзя допускать. И если мы всё равно должны заплатить за здоровье твоей сестры немалую — не скрою — цену, то лучше пусть это будет оплата здоровья, чем похорон.
— Я… просто… не могу в это поверить…
Светлейшая княжна обхватила себя руками и резко сбросила личину действительного тайного советника. Передо мной вместо уверенного офицера Тайной Канцелярии опять оказалась легкоранимая девушка-полторашка, чрезмерно страдающая из-за болящей младшей сестры. Её тяжело упрекать в малодушии. В особенности, если учесть, что местная медицина уже готова ставить крест на могиле Златы. А тут ей с ходу заявляют, что буквально с куста могут поставить трёхлетний запас препаратов от болезни, лечения для которой не существует в её мире.
— А ты не верь, — подсказал я. — Если не можешь — не пытайся. Просто прими, как данность. Считай, что… так сошлись звёзды. Так исторически сложилось. Так… может, кто-то и задумал, чтобы вы призвали нас. Может, кому-то было необходимо, чтобы мы спасли твою сестрёнку. А о технических деталях не переживай. Просто прими. Остальное оставь нам.
Разноглазка подняла на меня личико, начавшее делаться влажным от слёз.
— Я не сразу поверила, когда увидела перед собой твои снадобья… — ломким голосом, порывающимся изойти навзрыд, выдавила она. — Не сразу поверила, узрев улучшения в Злате… До сих пор не могу поверить, что матушка с батюшкой сбросили оковы хворей… Даже дядя Кеша отметил! А ты… это… непросто принять…
— Это уже неважно, — улыбнулся я. — Не буду лить тебе в уши розовую водичку и говорить, будто всё уже позади. Мы запросто можем ошибаться. Тогда, вместо ожидаемого результата, получим иной, менее предпочтительный. Но это и должна выяснить Окси. Наших совместных усилий должно хватить, чтоб выходить Злату. Но шансы, определённо, есть, и они не нолевые. Поэтому заканчивай лить крокодильи слёзы и давай начинать работу. Согласна?
Глава 17
Положительные прогнозы
В обычных условиях время — деньги, а у нас оно ещё и редчайший артефакт, буквально утекающий сквозь пальцы. Не сегодня, так завтра — убытие в зауральскую экспедицию, а у нас ещё конь не валялся. На меня свалилось столько необходимых к усвоению знаний, что впору нанимать репетиторов по всем возможным и невозможным предметам. Но — увы. Приходится всасывать всё самому, как губка.
С этим подспудно помогают те, кто в скором времени встанут со мной плечом к плечу. Берислав, Алина, Марина, Ветрана… Сейчас, вон, Святогор с Яной возвращаются. Тоже кое-чему обучат.
Собственно, о возвращении четы Бериславских и оповестил нас с Мариной мажордом Иннокентий. Покуда Окси беседовала с накупавшейся вдоволь Златой, а разноглазка страховала неподалёку на случай непредвиденных обстоятельств, старшая помощница семьи помогала мне с познанием Силы и втолковывала управление временем. Ох, и забористая, я вам доложу, дрянь! Даже не высшая математика. По сравнению с управлением временем общая теория относительности — детский лепет, и не иначе. Я быстрее понимал интуитивно, чем досконально осознавал, что мне пытаются скормить. Если бы не наглядные пособия Марины, воочию демонстрировавшие возможности того или иного заклятья — хрена б с два сообразил бы сам. А так — то падение яблока замедлит, то воспламенение листа бумаги затормозит, то, напротив, гниение банана в вазе ускорит… И всё это сопровождалось максимально подробным разъяснением с отсылками на печатный труд, что девушка передала мне в бессрочное пользование. Учебник пришёлся как нельзя кстати.
Наш урок прервал старший помощник, появившийся на пороге гостиной.
— Светлейший князь с супругой прибывают в дом, господин Мастеров, — чинно доложил дядя Кеша. — Я оповестил их, что вы выжидаете. Вас милостиво просят обождать ещё немного, и вас готовы принять.
— Благодарю, — кивнул я ему.
Иннокентий с поклоном отлучился.
А я сторонним взглядом окинул только что изученный материал.
М-да. Без должного понимания происходящего применять его на практике опасно. По крайней мере, на живых существах. В лучшем случае можно случайно ускорить старение живого тела, чем заберёшь безвозвратно несколько лет (или десятков лет) жизни. В худшем случае — сам себя во временную ловушку загонишь, а выбраться из неё — та ещё морока…
— Спасибо, Мариш… — вздохнул я, откинувшись на спинку кресла. — Со всем этим делом необходимо переспать. Слишком уж необычные эти сведения для моего мозга. С первого раза… не всё укладывается в сознании.
Девушка улыбнулась в ответ.
— Я завсегда готова к поучениям, — отозвалась собеседница. — Ежели что не можно уразуметь — так могу преподать в любое время дня… и ночи.
Намёк был слишком жирным, чтоб его не понял даже такой контуженный наймит, как я. Меня буквально пригласили «в каптёрку после отбоя». Не оговаривая точных сроков, но припущенные в тёплый взор старшей помощницы нотки игривости показывали, что, к слову говоря, ночь была бы предпочтительнее дня.
— Премного благодарен за готовность, — ответил Марине тем же. — Чую, я ещё… напрошусь на несколько дополнительных занятий. Слишком уж тема мудрёная для меня.
Мы друг друга поняли. Едва заметный кивок собеседницы подал условный сигнал, что стороны договорились.
Марина убыла по своим хозяйственным задачам, а мы с Окси и Алиной, спустя немногим более четверти часа, составили компанию вернувшимся от своих попечений светлейшему князю со светлейшей княгиней. Бериславские приняли нас у себя в кабинете.
— Прежде всего, представлю нашу гостью, — Алина, на одних только ей известных правах, взяла шефство над мероприятием. — Смазнова Оксана, старший аптекарь-провизор. Прибыла к нам… из мира, откуда пришёл «Мастер». Это её усилиями мы имеем счастливую возможность наблюдать улучшения среди всех нас. Те бесподобные снадобья — её рук дело.
Тупых людей редко облекают в чины, возвеличивающих их над остальными. История знала, безусловно, прецеденты. Но приближённые к правителю лица, как правило, отличаются не только умом и сообразительностью. «Светлейшие князья» — это не просто «братан». Тут надо обладать определённым складом ума и характером, чтоб кое-чего добиться по жизни. Очевидно, что Бериславские были из таковых.
Им не потребовалось много времени, чтобы сложить два и полтора. Оба в полной мере осознали сразу, что означают слова дочери. И без того догадывавшиеся о чём-то, с первого захода, что называется, «вкурили».