Теплая вода стекала по плечам, смывая грязь, пот и засохшую кровь. Я тер кожу мочалкой, пока она не заалела, и чувствовал, как напряжение последних дней медленно отпускает. Намылил волосы и ополоснулся. Вода в тазу была просто черная от грязи. Сейчас бы в парилку, но мастер ее не оплатил, чем опять подчеркнул мою зависимость от него. Неприятную, если честно. Чем больше я понимал, что происходит в мире тем больше приходило озарение, что мастер, мягко говоря, далеко не самая серьезная и уважаемая фигура в городе. Вопросов к нему, было больше, чем я получал от него информации.
Когда я, наконец, закончил, то чувствовал себя заново рождённым. Чистым, свежим, почти человеком. А выйдя из бани в общий зал, увидел недовольного рунмастера, протягивающего мне большой узел и новые ботинки.
— Одевайся, — приказал тот. — Я купил тебе вещи. Всё остальное что валяется дома, тоже выкинешь.
Так я стал обладателем пары широченных серых штанов, пяти рубашек, мастер вообще не скупился, и новых ботинков.
— Вы еще куртку обещали, теплую, — улыбнулся я несмотря на то, что это добавляло ещё немного к долгу перед мастером.
— Куртку… Когда сделаешь, что должен, тогда и будет куртка. — усмехнулся мастер. — А пока это огромный аванс. Пошли, нечего тут стоять, нам еще в мастерской прибраться надо.
Глава 23
Утро в городе после того, как по его улицам пронеслись самые настоящие зомби, началось довольно нервно. Тереза не пришла, торговые лавки пока не открывались, и если я всю ночь спал как убитый, на скамьях на кухне, то мастер заперся в своей комнате и пил. Это я знаю точно, так как проснулся раньше него, посмотрел на время и понял, что осталось не так уж и много времени до момента, когда нам следует прибыть. Пришлось дядю будить.
Не смотря на вчерашнюю уборку и то, что проклятые не так уж и сильно натворили дел в доме, они сразу рвались за мной на чердак, а не шарились по дому, проблем всё равно хватало. Нужно было починить крышу и дверь. Да и вчера я не стал мыть полы, сил уже не было, поэтому обстановка была такая себе. Грязная и вонючая.
Но несмотря на это, у большой печи было спать очень тепло и приятно, особенно на двух сдвинутых вместе скамьях, в отличие от моего чердака. Я ещё под ноги поставил табуреты и притащил сверху матрас. Просто идеально.
Когда я поднялся по скрипучей лестнице к комнате мастера, дверь была заперта изнутри. Я постучал.
— Мастер Валериус? Пора вставать.
Тишина.
— Мастер, — повторил я громче. — До встречи с Вейраном осталось меньше двух часов.
За дверью что-то глухо стукнуло, послышалось невнятное ругательство. Потом шаркающие шаги.
— Я не глухой, — прохрипел с похмелья голос Валериуса. — Иди вниз. Сейчас выйду.
Я спустился обратно, зажег лампу в мастерской, так как светильник мастера твари всё же разбили. Засыпал в топку обязательные три ведра угля и поставил чайник. Заодно сразу выпивая кружку теплого невкусного отвара.
Валериус спустился минут через десять. Выглядел он так, будто его несколько раз протащили через катакомбы. Глаза красные, щетина на щеках, запах перегара.
— Воды, — буркнул он, плюхаясь на лавку.
Я налил ему кружку из ведра. Мастер выпил залпом, потом ещё одну. Только после этого он посмотрел на меня более-менее осмысленно.
— Ты воду поставил, на чай?
— Да, — ответил я.
— Хорошо, надо взбодриться. — Валериус потёр лицо ладонями. — Сколько времени?
— Час сорок до встречи, если идти не спеша.
— Достаточно. — Он поднялся, качнулся, но устоял. — Иди умойся. Приведи себя в порядок. Я сам займусь собой.
Пока мастер умывался, брился и приводил себя в порядок, я в основном бездельничал.
— Значит пойдём так, — сказал он минут через двадцать, нарядившись в свой лучший камзол. Единственный, если честно, в котором он ходил каждый день.
Он окинул меня придирчивым взглядом, осматривая с головы до ног. Словно оценивая состояние. Как по мне так я был великолепен. Я специально натянул подаренную рубаху, так как по качеству она была гораздо лучше, чем купленные мастером.
— Это у тебя откуда? — Валериус ткнул пальцем в рубаху, хотя вчера я рассказывал, кажется.
— Подарил господин практик. — четко отрапортовал я. — Другую одеть?
— Да не по статусу тебе такая, она стоит за серебро не меньше. — пробормотал дядя, словно примериваясь, отобрать ее у меня или нет. Я решил, что не отдам. — Ладно иди. Раз подарок, то подарок, только не запачкай.
Новые ботинки были жестковаты и грозили сильно натереть ноги, а вот носков я не имел, пришлось оборачивать ногу в портянку. Старым ботинкам было пофигу, они были разношены до состояния «оторви и выбрось», но Лео, ещё до нашего совместного, так сказать, соединения, очень за ними следил.