Глава 25
Валериус, закончив работу, молча прошел на кухню, налил себе воды и уставился в окно, за которым уже вовсю начался новый день. Выглядел мастер довольно грустно, впрочем, учитывая происходящее — довольно обоснованно. Я же остался у верстака, разглядывая содержимое ящика, присланного Вейраном.
Десятки полудрагоценных камней, гладких и прохладных на ощупь, переливались в тусклом свете мастерской, обещая своему владельцу богатство и процветание, но для меня они были лишь звеньями новой цепи, которую на нас надели.
— Мастер, — я нарушил затянувшееся молчание, взяв в руки один из лазуритовых камней, покрытый золотистыми прожилками, — эти четки… В чем их смысл?
— Поясни, что ты имеешь ввиду?
— Ну, — я вертел камни и так, и эдак. — Если это сын Корнелиуса Вейрана, он ведь тоже практик, как и господин Корнелиус, разве нет?
— Нет, стой. Младший сын Дома Вейранов это и есть Корнелиус Вейран. — мастер, вернулся к столу. — Это такая форма обращения, если идет от домов, то говорят так. Так что это заказ лично для Корнелиуса.
— А зачем? — не унимался я. — Он Оску в секунду в прах превратил, а следом за ним и кучу проклятых. А тут такое. Вы говорили, что Путь Рун — это дополнение, да и он сегодня ругался на то, что руны, всё же это не самое сильное дело для практика.
— Да, верно. — подтвердил дядя. — Но всё же не до конца, не думаю, что ему с его уровнем, нужна такая поделка. Скорее всего он ее продаст. Стоимость материалов тут, более десятка монет золотом. А четки с рунами, будут стоить раз в пять дороже. И вот тем практикам, которые находятся на уровне между начинающим и Корнелиусом Вейраном, такие четки — серьезное подспорье в бою с равными по силе, или при охоте на духовных тварей.
— А вам они подойдут? — спросил я, соглашаясь с этим заранее. Еще как подойдут.
— Как по мне, это довольно глупая идея. — ответил Валериус и достал из кармана несколько камней. — Смотри, тот же принцип, но они лежат у меня под рукой, когда я иду по улице, у меня всегда пальцы прикасаются к одному из камней, в зависимости от обстоятельств. Это даст шанс сбежать, если противник сильнее, и сражаться если равен.
— Ого. — я был удивлён, тому, как мастер раскрыл один из своих секретов, а заодно понял, что у него на руках четыре небольших тонких кольца, почти сливающихся с цветом кожи. — А кольца?
— Наблюдательный. Да кольца тоже — оружие последнего шанса, но даже если я применю их все, против Корнелиуса, самое большое что я сделаю, это вызову его раздражение, прежде чем он меня убьет, ну или я успею скрыться. В бою с более высокоранговым практиком других вариантов нет.
— А когда тогда стоит применять руны? В бою с равными?
— Да, верно. Либо, когда ты один, а против тебя двое равных. Не верь сказкам и легендам, когда против практика, допустим, уровня Пробуждения Меридианов, выступала сотня таких же как он, и он, превозмогая, убил всех поднимаясь на ступень выше. Это откровенная чушь. Если ты выступаешь против двух практиков твоего уровня, ты всегда труп. Но всегда есть исключение — руны.
— Они помогают уравнять шансы. — кивнул я, понимая тактику применения. — От сильного могут помочь сбежать, с равными, дать возможность.
— Верно. Если ты, конечно, не грандмастер, или нечто подобное. Во всяком случае надо стоять в гильдейском ранге на несколько ступеней выше, чтобы уметь делать что-то действительно серьезное, что даст тебе не просто шанс, а преимущество.
— А чем отличается? Ну ступени.
— Связки. Рунные связки, из двух, или пяти рун, кратно увеличивают силу и возможности. Я считаюсь рунмастером пятого ранга, из семи. Они идут на понижение и первый уровень считается сильнее второго. Связки как раз начинаются с четвертого, я получу его, как только, — мастер кивнул на свой небольшой ящичек, стоящий у стены, откуда показывал мне руны. — разберусь как эта схема правильно работает и смогу ее запустить.
— Мастер, а разве нет учебников, или книг по рунам? — спросил я давно назревавший вопрос. — А то получается странно. Руны есть, а по ним ничего нет.
— Есть. Почему бы им не быть. В той же Гильдии допустим. К примеру, я могу стать ее полноценным членом, заплатить огромные деньги, принести клятву верности, и через лет пять вырасти до четвертого ранга, затем еще лет за двадцать до третьего. Дальше всё равно не пропустят.
— Почему?
— Потому что я чужак. — пожал тот плечами, объясняя очевидную вещь. — Гильдии, как и школы и секты, варятся сами по себе, поколениями в семьях растят рунмастеров, практиков, сочетая это с семейными разработками и просто деньгами. Это не мой путь.