Камень лёг в левую ладонь.
— Ну, поехали. — привычно сказал я себе и поехал.
Первый слой я прошёл за считанные секунды. Всё то, что я уже ощупал дважды и мог бы нарисовать по памяти с закрытыми глазами. Проскочил насквозь, не задерживаясь, и вынырнул у маслянистой преграды второго слоя. Точка входа нашлась мгновенно, я уже знал, где она, как знаешь, где дверная ручка в собственном доме и так же легко проскочил внутрь.
Кристаллическая решётка раскрылась передо мной, и вот тут разница стала очевидной. Если в прошлый раз я щупал её пальцем, осторожно, по одному узлу, то сейчас палец превратился в ладонь. Нет, даже в десяток ладоней. Щуп, питаемый накопителями, работал шире, и вообще не казался больше иголкой, я мог охватить не отдельную ветку решётки, а целый участок, считывая структуру разом. Как разницу между фонариком и прожектором на стене пещеры. Раньше видел круг размером с тарелку, теперь стена от пола до потолка.
Я начал методично, изучать и проходить решетку, словно сапёр на минном поле, и первое открытие случилось минут через десять. Решётка не была бесконечной. Прошлые два погружения создали иллюзию бескрайности, потому что я видел только ближайшие ветки и узлы, уходящие во все стороны, а мозг дорисовывал остальное. Но теперь, с широким охватом, стало понятно, что у решётки есть форма. Причем достаточно грубо оборванная граница, за пределами которой ничего.
Теперь можно точно сказать, что я вижу перед собой, структуру, состоящую из целых кластеров. Шесть крупных, различимых областей, каждая со своей плотностью рунных узлов, своей геометрией соединений и ритмом пульсации. Между ними, как позвоночник, центральный канал, узловая линия, связывающая всё в единую систему.
Ну а когда видна структура полностью, понимать, что она такое и для чего создана, становится легче. Пусть только и на одном конкретном примере. Так кластер фильтрации этера я нашел сразу. Самая полезная функция, позволяющая мне без вреда сожрать кучу ядер зверей, была аккуратно пристроена с самого низу и работала даже сейчас в фоновом режиме, очищая капли этера для внутреннего потребления.
Следующие четыре заставили меня только гадать, что это такое и откуда тут растёт логика, они были не активны, и практически ничего не потребляли. А вот последний кластер, был иным, отличаясь прежде всего тем, что он работал, постоянно, и довольно активно, выпуская импульсы куда-то за пределы решетки, в ту самую бесконечность.
Импульсы, ровные, как удары метронома, шли раз в пять секунд. Крошечные порции этера, поднимались по позвоночнику вверх, проходили сквозь решётку, просачивались через маслянистую преграду между вторым и первым слоями, и уходили наружу через физическую оболочку Камня.
Интересненько… Это же оно да? Это мой маяк и надсмотрщик? Устройство и метка, которая следит за мной? Ожидания оказались совершенно несоизмеримы с реальностью, мягко говоря. Я видел, как камень отправляет данные, он сам мне об этом говорил в моменты весьма специфические. Когда получил уровень за убийство и когда я оказался под звездным дождём. И вообще, когда погиб полковник, Система выдала мне что, я могу провести слияние с камнем и что я являюсь частью артефакта, так же, как и он частью меня.
Тогда я этого не сделал, и сейчас бы я этого не сделал. Так что же ты такое? Сторонний артефакт, связанный с Системой и следящий за мной, или часть всего огромного и непонятного механизма под названием Система. Куда уходят эти данные? Получается, что где-то далеко за хребтом, а может в совершенно другом измерении, или вообще за пределами Сферы, кто-то только что получил очередной пакет данных обо мне. О моём пульсе, и моих навыках. О том, хорошо ли я поел, что сделал и как.
Кто бы это ни был, Киану, или те самые Древние, создатели Системы, те, кто засунул сознание Андрея Красникова в тело Лео Фарелла, кто бы ни стоял на принимающем конце этого ручейка. Они знали обо мне всё, с самого первого дня.