Накопитель? Внешне цел, и переходник тоже. Думай, думай Кор! Зарычав от собственного бессилия, я достал нож и сделал надрез себе на правой ладони, сжимая и буквально засовывая в рану переходник. Нет, не работает, подцепиться не могу. Точно! Камень! Камень Бурь тоже имеет этер!
Дотянуться до артефакта на груди оказалось легко, не зря мы практически одно целое. И его этер, понемногу начал заполнять мои каналы, а главное смог дать мне соединение с накопителем. Щуп сработал, и я подключился к накопителю полностью.
Навык повышен. Этерный Щуп — 2.
Что-то коснулось моей ноги. Я пнул не глядя, попал во что-то мягкое, и в ту же секунду ударил перчаткой, выставляя вперед ладонь. Н-на!
Вспышка!
Бело-голубой свет разряда на долю мгновения выжег темноту, и я увидел место, в котором нахожусь. Это была пещера, даже скорее камера в скале, сплошь затянутая белёсой грибной паутиной, той самой, мицелием, который рос наверху в гроте. На полу, между мной и ближайшей стеной, ползли тени, и счет шел на десятки.
Скрюченные тела, размером с крупную собаку, покрытые серой массой, с конечностями, которые двигались неправильно, рывками, не сгибаясь в суставах, а выворачиваясь целиком. Лиц не было. Вместо голов, пластины серого мицелия, гадкие и идущие волнами.
Разряд попал в ближайшую тварь, она дёрнулась, замерла на полушаге, из неё повалил пар. Остальные отшатнулись, но не убежали. Отползли на полметра и замерли на мгновение, а потом снова начали двигаться ко мне.
— Вспышка!
Теперь, приблизительно оценив, куда бить, я начал целенаправленно раздавать удары током в разные стороны, стараясь при этом держать всех под прицелом.
С каждой вспышкой я видел всё больше, и каждый кадр был хуже предыдущего. Они ползли из боковых проходов, которых оказалось минимум три. Из трещин в стенах, из углублений в полу. Мелкие, размером с крысу, и крупные, в полный человеческий рост, все покрыты одной и той же серой массой и все двигались ко мне с явно неприятными целями.
Поднявшись, встал спиной к стене и начал методично работать. Разряд, потом пауза на две секунды, снова разряд. Каждый удар выжигал одну-две твари, крупных с одного раза не брало, приходилось добивать. Пол вокруг меня покрывался дымящимися телами, и воздух стал таким, что глаза слезились. Через щуп я отслеживал накопитель, еще десять ударов и кажется всё.
На их место приходили новые.
Когда я понял это, стало по-настоящему страшно. Я выжигал десятками, а их не становилось меньше. Грибница создавала новые тела, или поднимала старые, или просто тащила резервы из глубины, где наверняка хватало материала для сотен таких тел. Я мог расстрелять весь накопитель и остаться в темноте с пустыми руками, окружённый следующей волной.
Бить надо было по голове, а не рукам.
Я быстро достал второй, полный накопитель, упал на колени, прижал раскрытую ладонь к мокрому полу и через щуп выкрутил поток из накопителей в перчатку на максимум. Всё, что мог отдать, без дозирования и собственного контроля. Перчатка словно завибрировала, я почувствовал, как металл раскаляется на пальцах, рунные связки внутри загудели на пределе, и разряд ушёл в камень.
Грибница была идеальным проводником и ток хлынул по ней во все стороны, как вода по системе каналов. Стены вспыхнули белым, мицелий загорелся целиком, разом, от пола до потолка, грибница корчилась, нити скручивались и чернели, и вместе с ней начали биться твари на полу, все одновременно. Множество тел, дёргающихся в судорогах, мерзко скребущих о камень своими вывернутыми конечностями. Звук вокруг стоял чудовищный, и я попытался зажать уши и оперся о стену.
Длилось это секунд пять. Потом свет погас, звуки стихли, и я остался лежать на полу, прижимая к себе пустые накопители. Перчатка на левой руке была раскалена так, что кожа под ней саднила и пальцы онемели, кое-как я ее стянул, рассматривая почерневшие кончики пальцев. Через щуп я проверил заряд накопителей, около двухсот единиц, в принципе не плохо.
Главное, что твари вокруг не двигались, лежали совершенно неподвижно, и от них поднимался пар, который медленно рассеивался в неподвижном воздухе. Камень Бурь по-прежнему был холодным. Чуть теплее, чем сразу после падения, но далеко от нормы. Я убил этот участок грибницы. Но вся система, судя по всему, была гораздо больше одной комнаты.