Бабай вел точно к цели, и очень скоро понял, что живём мы фактически рядом, десяти километров нет, так как байшоу остановился и мотнул головой, мол там вперед. Я выбрал ближайшее дерево, из тех, что казались выше и попросил напарника подождать внизу, тащить его наверх ради одного взгляда было глупо, а его белая шерсть не самый лучший камуфляж на зелёном фоне.
На высоте сорока метров я нашёл подходящую развилку, широкую, с густой листвой, за которой можно было укрыться, и устроился, обхватив ствол ногами. Отсюда открывался вид на северо-восток, и я начал методично осматривать горизонт, щурясь от лучей Ока, пробивавшихся сквозь верхний полог.
Сначала ничего интересного я не нашел, сплошная зелень, кроны деревьев сливались в бесконечное волнистое море, и различить в нём что-то рукотворное было всё равно что искать иголку в стоге сена. Потом я всё же заметил дым.
Тонкая серая нитка, почти невидимая на фоне облаков, поднималась откуда-то из-за крон, километрах в трёх, может чуть больше. Она не рассеивалась сразу, а тянулась вверх ровной линией, рядом с первой ниткой я разглядел вторую, потоньше, и, кажется, третью, но та могла быть и облачной дымкой, с такого расстояния хрен разберёшь.
Словно содействуя мне в шпионаже, ветер качнул кроны, и в образовавшемся на долю секунды просвете, я увидел то, зачем поднимался. На среднем ярусе, самом удобном для жилья показалась платформа, полностью деревянная и закрепленная между трёх деревьев, на платформе угадывались очертания построек, а между ними мельтешили мелкие фигурки, в который я сначала даже признал людей. На большее я не успел, просидел еще минут десять ожидая повторного колебания, но там словно занавеску задернули и больше я ничего не увидел.
Значит всё же деревня, настоящая, разумная жизнь здесь есть! Но вот что меня зацепило, пока я сидел и искал их, так это то, что мы практически соседи, да мы с Бабаем охотились рядом с ними, и им и нам до водопоя одинаково идти. Эти люди знали о нас. Не могли не знать, если они достаточно опытны, чтобы выживать в этом лесу, а они явно были опытны, раз построили целую деревню на деревьях. Часовые, охотники, следопыты, у любого поселения есть люди, которые следят за окрестностями, и чужак, появившийся в их охотничьих угодьях, не мог остаться незамеченным.
Но ко мне никто не пришёл. Ни разу за девять дней. Ни дружеская делегация, ни враждебный патруль, ни одинокий разведчик, вообще никто. Они знали, что я здесь, и сознательно меня игнорировали.
Почему? Вариантов было несколько. Наиболее явный был в том, что они не считали меня угрозой. Одинокий практик на ступени закалки кожи, пусть даже с байшоу, для поселения из минимум нескольких десятков человек, среди которых наверняка есть бойцы посерьёзнее, не представлял опасности.
Возможно, у них политика невмешательства по отношению к чужакам, пока чужак не лезет на их территорию и не трогает их людей. Либо они наблюдали и ждали, что я сделаю дальше, прежде чем решить, как со мной поступить.
Любой из вариантов меня устраивал. Пока. Потому что контакт с неизвестным поселением для нас мог закончиться чем угодно. От дружеского приглашения на ужин до копья в спину, и я предпочитал не проверять, какой вариант окажется реальным.
— Ну и ладно, — сказал я вслух, ни к кому не обращаясь. — Тоже мне, цацы, будет надо, сам приду в гости.
Глава 6
Игла вошла в подушечку указательного пальца на полсантиметра, и я даже не успел ругнуться. Правая кисть моментально перестала слушаться целиком, повиснув как тряпка, а я посмотрел на Бабая, ставшего виновником этой катавасии и только и смог что сказать.
— Что за…
Онемение поползло вверх по предплечью, и я с удивлением понял, что не чувствую пальцев вообще, попытался сжать кулак, мышцы не отозвались. Игла! Бездна, это игла!
Я схватил её левой рукой, поднёс к горелке и посмотрел на кончик. В неровном свете пламени на тёмном металле блеснула тонкая маслянистая плёнка, которую я раньше принимал за смазку от долгого хранения. Только это не смазка. Скорее всего яд или какой-то парализующий состав, нанесённый на иглы их прежним владельцем.
— Бабай, если я умру, то…
Договаривать я не стал, онемение начало замедляться в районе предплечья и не поползло дальше, убивать бедного меня, пытавшегося зашить штаны в самом интимном месте. Значит не яд. Фу-ух! Это же надо как пронесло, я этими иглами уже практически две недели пользуюсь для всего, от рун до шитья дыр, и сегодня, когда байшоу, просто по-дружески толкнул меня в плечо, предлагая подраться, получилось же уколоться. Зараза.