Развалины тянули к себе, но выживальщик победил.
Вернувшись на свою ветвь с ручейком, которую я уже начал мысленно называть базой, я уселся, привалившись к стволу, и разложил перед собой то, что имел. Наконечники, проволоку, палочку-усилитель, заготовку резца. Посмотрел на всё это и попытался думать.
Мне нужно оружие. Копьё, хотя бы примитивное, потому что наконечник без древка — это нож, а нож против стайных ящеров, которых я видел утром, это не самое удачное решение. Древко можно вырезать из ветки, дерево здесь прочное, и, если подобрать правильную ветку, обтесать и подогнать то можно и сделать копьё.
С этого и начал.
Подходящий сук нашёлся на соседней ветви, прямой, длиной метра два, толщиной в три пальца. Пришлось всё же пробовать пилить его наконечником, чтобы всё же решить, могу я на них положиться или нет. В итоге оказалось, что могу, и у меня даже идея возникла, почему случился пуф.
Эти мысли, они действовали как успокоительное. Я стоял, вырезал себе копье из дерева и думал о варанах и охоте. Скорее всего мастер попал в ядро, и так получилось, другого объяснения у меня нет. Так как вместо того, чтобы идеально как раскаленный нож масло резать местную древесину, наконечник справлялся с ней с трудом, пришлось прямо острагивать место соприкосновения со стволом.
Наконечник я примотал проволокой из трофейного мотка. Проволока легла ровно, плотно, и когда я затянул последний виток, получилось… Ну, получилось копьё. Кривоватое, с плохо сбалансированным древком, которое при ударе наверняка вылетит с древка, но всё равно, как оружие одного удара, позволяющее держать врага на расстоянии это уже, было что-то.
Бабай посмотрел на моё творение и через связь транслировал нечто, что я перевёл как вежливый скепсис. По его мнению, только клыки и когти были самым лучшим оружием, ну еще и копыта коз, которыми он порой получал, когда слишком заигрывался в пастуха.
— Сам знаю, — сказал я. — Но лучше так, чем никак. Ну а теперь пойдем на охоту. Кажется, я скоро совсем перестану любить это слово.
Глава 3
На охоту я правда не пошел, но по другим, более приятным причинам, так как нашел дупло, когда полз вдоль дерева, прижимаясь к коре и выискивая более удобный маршрут к нижнему ярусу и соседнему дереву. Рука неожиданно оторвала кусок коры и провалилась в пустоту. Сначала я дернулся, решив, что там гнездо какой-нибудь страшной твари, но затем, аккуратно проверяя щупом, не нашел ничего живого, зато там было совершенно пусто.
Вход оказался совсем узким, хотя, казалось бы, гнилое дерево я должен был ломать одной левой, но оно сопротивлялось моим усилия так, словно было сделано из титана. Пришлось протискиваться, и сделал я это с трудом, чуть не ободрав бока. Бабая пришлось снять с перевязи и просунуть отдельно, за что он выразил неудовольствие коротким рыком. Мне поначалу казалось, что он просто уже лентяйничает, так как рана затянулась, но возвращаться в строй он не спешил, и я понял, что дело серьёзней.
Внутри же обнаружилось пространство размером с небольшую комнату, если комнатой можно назвать полость в живом дереве, стенки которой были покрыты затвердевшей смолой, стекавшей потёками по внутренней части. Потолок низкий, я мог сидеть, но не стоять. Пол, вернее дно дупла, был завален трухой и сухими листьями, которые я сгрёб в угол, выкидывая наружу всякую гадость типа гусениц, которых тут была тьма.
Главное преимущество заключалось в том, что вход был один и он был узкий. Ничего крупнее Бабая сюда не пролезет, а мелкое я как-нибудь переживу. Второе преимущество, это, конечно сама смола. Насекомые, которые за полдня успели меня достать до печёнок, сюда почти не совались, видимо, что-то в составе смолы их отпугивало. Ну и самое важное, внутри было прямо удивительно сухо. После влажности среднего яруса, где воздух, казалось, можно было пить, сухость дупла казалась подарком.
Я затащил внутрь доспех, сумку и копьё, устроил Бабая на подстилке из листьев и сел, прислонившись к стенке, закрыв глаза. Минуту просто дышал, наслаждаясь настоящей безопасностью. Правда неожиданно возникла мысль что это дерево вполне может питаться такими как мы, но, внимательный осмотр показал, что огромное дерево в моменте было раздвоено и почти перебито невиданной силой, и из-за этого и образовалась данная пустота, дерево словно сжали с двух сторон, выгибая наружу волокна, а потом она нарастила толщину, но саму дыру заделать не смогла. Вопрос о том, кто это мог сделать повис в воздухе, тем более, мне было о чём подумать и помимо таких кошмаров.