Горбун, как всегда, оказался на высоте, работая быстро и чётко, и обещая наделать маски меньше чем за неделю на всю мою армию. Так что еще одна из многочисленных проблем была решена достаточно быстро, и я мог спокойно умыть руки и отвлечься на что-нибудь другое, когда мне сообщили, что Горбун пришел лично, чем меня очень удивил и ждёт меня на поверхности, а вместе с ним появился и запропавший было насовсем Кеш.
Их обоих я был вполне рад видеть, поэтому достаточно быстро выбрался на поверхность и удивился. Лес вокруг был достаточно безопасен, больших хищников не было, поэтому люди не только строили платформы на среднем ярусе деревьев, но и располагались внизу, практически возле самых руин, осваивая землю вокруг. Когда мы уходили вниз, в лагере на поверхности было только несколько шалашей, пусть и достаточно больших, способных разместить человек сто, а вот сейчас этих шалашей стало, наверное, раз в пять больше. Хотя такого быть, в принципе, не должно, большинство моих бойцов уже жило на первом ярусе.
Сейчас же в округе было очень много дыма от костров, и пахло жареным мясом. Кроме того, повсюду мелькали люди, слышались голоса, стук топоров и детский визг. Прямо перед выходом из руин на расчищенной от кустарника площадке стоял навес из свежесрубленных жердей, под которым лежали ветки. Рядом в яме, обложенной камнями, горел костер, и над ним висел котел, в котором аппетитно булькало. Люди, куда ни бросал я взгляд, копошились повсюду, занимаясь своими делами.
— Это еще что за фигня?
— Мастер! — воскликнул Кеш. — А я тут тебе кое-что принес, да-да-да.
Он достал небольшой мешочек и потряс им на вытянутой руке.
— Смотри, ядра, двадцать три штуки. Конечно, мелочь, в основном рогачей, но есть и четыре от болотных ящериц, те покрупнее.
— Я, конечно, тоже рад вас видеть, — сказал я, разглядывая Горбуна и Кеша. — Но что тут вообще происходит? Что это за люди и откуда они здесь?
— Так то же деревенские, мастер. Да-да-да, — ответил первым Кеш. — Они же отовсюду сюда сходятся. Ох, мастер, там такое творится, ты бы знал.
— Так, пошли тогда ко мне в мастерскую, там и поговорим.
Моя мастерская, они же личные покои первого лагеря, находились неподалеку. И там я поставил чайник и уселся слушать доклад своих людей. При этом Горбун почему-то стыдливо отмалчивался и вообще ничего не говорил, зато торговец мел как помело.
— Ты вот помнишь Кривую Балку, да? А Кривой Балки-то больше нет. Деревня-то там была небольшая, а теперь все снялись да ушли целиком, все с собой забрали. Они перебрались к Длинному Мысу, там уж собралось, наверное, рода четыре, и место поспокойнее, да-да-да. И все спрашивают одно и то же.
— И что же они спрашивают? — Задал я закономерный вопрос.
— А когда говорят, можно перебраться поближе к мастеру, когда к руинам можно прийти и житье свое построить, ждут, когда Белый Дух позволит.
Я потёр переносицу. В принципе, этого, конечно, следовало ожидать. Я сам был за то, чтобы деревни укрупнялись, потому что-то, что я видел до этого, — это была просто беднота и чернота. Всё же, когда ты собираешь под свою руку всех боеспособных мужчин и уводишь их воевать, оставшиеся семьи чувствуют себя незащищёнными, люди ищут место, где безопаснее. А безопаснее сейчас, конечно же, рядом со мной.
— И много там народу собирается?
— Ну, куча народу в Нижнюю Развилку перебралась. Там тоже рядов пять. Потом Длинный Мыс, там, как я говорил, четыре. Но больше всего, конечно, у Клыка в Красном Мху. Там родов двенадцать, наверное. Народу тьма-тьмущая, да-да-да.
— Чего? Это откуда столько?
— Такие вот дела, мастер, — перебил пытавшегося продолжить Кеша Горбун. — Народу очень много приходит, и они идут, и идут, спасу от них уже нет. Я вчера выгнал половину, и они пошли сюда.
— Понятно, что мне вообще не всё понятно, — пробормотал я. — Сколько людей получается? Ответьте мне, пожалуйста, на этот вопрос.
— Так, если посчитать все деревни, — начал Кеш загибать пальцы, — с которыми я разговаривал за последние две недели, то, наверное, тысячи полторы, может быть, побольше. Точно сказать, конечно, трудно, потому что каждый день кто-то приходит новый. Есть даже люди с дальнего севера Ямы, откуда обычно не ходят. Они услышали про Белого Духа и сами пришли.
Полторы тысячи человек. Я про себя представил это количество в привязке к реальности. Это же сколько ртов, которые мне нужно кормить каждый день, и которым нужна будет крыша, вода и прочее. И это помимо тех восьми сотен, которые уже жили внизу.