А за баррикадой оказались не сотни, как я немного боялся, а всего лишь десятки обычных патрульных, которые явно не ожидали, что их стена рухнет за несколько секунд. Они даже не пытались перестроиться или сбиться в группу, когда Рен уже вел второй десяток во фланг, а третий ударил по центру. Резонанс копий работал как часы, слитный удар бил с удвоенной силой, и патрульные разваливались один за другим.
Я же шел следом, как повелитель тьмы. Мне осталось только зловеще хохотать, подняв руки вверх, потому что мои враги умирали передо мной, совершенно не причиняя вреда моим людям. Правда, выделываться я всё-таки не стал, да и убивать некого было, пусть парни порезвятся. Прошлый бой их немного напугал, несмотря на победу, я тоже это чувствовал. А здесь была воля и раздолье.
Враг оказался совершенно не готов к тому, что мы исполним и как это всё произойдет дальше. А это была, по сути, откровенная бойня. На всё про всё ушло, наверное, минут пять, не больше. Рен отчитался передо мной о том, что они завалили почти три десятка големов. В принципе, отличный результат. При этом всего двое легкораненых, и оба на ногах.
Тарн же сидел у стены, привалившись спиной к камню. Из носа у него густо шла кровь, а руки откровенно тряслись. Он был бледный настолько, что в свете рунных фонарей казался серым, но он широко и открыто улыбался так, как я ни разу не видел за время нашего знакомства.
А через клеймо от него шли эмоции, которых я совершенно не ожидал, не гордость даже и не облегчение, а благодарность за то, что он был заперт в теле, которое отказывалось работать как положено практику, и сегодня ему впервые за эти годы позволили быть тем, кем он мог бы стать до Ямы, настоящим практиком, сильнейшим бойцом и человеком, который может защитить тех, кто рядом.
— Живой? — спросил его я, присев рядом.
— Живой, — ответил он и вытер кровь рукавом. — Держит. Я чувствую, как канал пропускает этер. Левый боковой отработал полностью, практически без потерь. Корвин, то, что ты сделал с моим телом за эти сеансы, я думал, что уже никогда…
— Не благодари раньше времени, — улыбнулся ему в ответ. — У тебя еще девять каналов в таком же состоянии, что я бы заплакал, если бы умел. Отдыхай, ты нам еще понадобишься.
— Мастер, — подошедший ко мне тоже довольно воодушевленный, Рен остановился рядом и немного поклонился. — Мастер, мы все сделали. Ядра собраны, можем отходить.
— А кто сказал, что мы будем отходить? — ответил я. — Отправь кого-нибудь к Гарде, пусть пришлют еще сюда бойцов. Они останутся у входа, а мы пойдем дальше. Пришла пора пощекотать брюшко нашему засранцу. Тем более он этого точно не ожидает.
Глава 14
Решение продолжать поход, а не возвращаться, далось мне даже, кажется, слишком легко, если думать об этом трезво. Тем более, когда твои люди буквально за пять минут уничтожили три десятка големов, и при этом получили всего пару царапин. Адреналин у бойцов бил в голову похлеще любого алкоголя, толкая на опрометчивые поступки.
Мы дождались подошедших двух десятков Глубинщиков, которые остались у входа на лестничную шахту с полным комплектом вооружения и теперь были готовы. Так что, если кто полезет, мы узнаем об этом раньше, чем он доберется до наших спин.
А вот Бабай от приключения всё же отказался. Ему и так не сильно нравилось кусать каменных големов, поэтому он старался подбодрить нас только своим присутствием, говоря мне о том, что драться он здесь не будет. Он остался здесь, в недрах шахты, ждать нас и готовясь помочь в случае каких-либо проблем.
На это я его уговорить смог, хотя ему хотелось, конечно, наверх, на свободу, бегать среди деревьев и ловить живую добычу. Больше я все-таки настаивать не стал. У байшоу были свои причины, и за те месяцы, что мы провели вместе, я научился доверять его чутью не меньше, чем собственному. Если он не видел там впереди для меня серьезной опасности, то логично было предположить, что ее там и не было. Во всяком случае, мы всегда отобьемся.
Второй ярус, начавшийся за длинным коридором, встретил нас совершенно по-другому, так, будто мы шагнули из одного мира в другой. Потолки здесь были, наверное, вдвое выше, да и коридоры настолько широкие, что можно было спокойно пройти в ряд двум десяткам людей, и еще место останется.
Даже стены были без трещин, на них не было видно ни следов обвалов и разрушений, какими были усыпаны стены первого яруса. И самое главное, что здесь работало рунное освещение. Светильники, вмурованные в стены через каждые десять шагов, горели тусклым белым светом, мерцая с ровным интервалом.