— Ну нет, дохнуть я не собираюсь, — сказал Дорнер. — Ставь, только предупреждаю, я щекотки боюсь.
Это было настолько сюрреалистично, что я даже не посчитал, что это забавно, потому что не понимал, шутит он сейчас или нет. Ведь он, по сути, стоит перед незнакомцем, который может просто-напросто легко уничтожить его самого, его семью и весь этот город к чертям, и шутит про щекотку. Было в этом, конечно, что-то такое, чему, наверное, стоило бы поучиться, но сейчас, в данном случае, мне нужно было понять, почему он так отчаянно пофигистически ко всему относится.
Хельт кое-как снял с себя тяжелую куртку и рубаху, которая оказалась под ней. Оказавшись с голым торсом, на котором я насчитал более десятка шрамов, которые явно были получены не лежа на кровати. Судя по всему, глава города умел драться и воевал, причем достаточно успешно, раз остался жив, несмотря на такое количество ранений.
Поставить татуировку, тем более которая выполнена в форме штампа, дело пяти минут. И вот уже на плече Дорнера красуются одиннадцать рун моего рунного имени, выстроенных серпом. Индивидуальный орнамент я дорисовал сам, буквально несколько витков, сделал это вручную тонкой костяной иглой с рунной краской. А затем, когда клеймо активировалось, я его почувствовал. Причем почувствовал гораздо хуже, чем чувствовал своих Корневиков и Глубинщиков, не смотря на то, что он находился рядом, слабость Хельта как практика была очень серьезной.
— А теперь сядь и подними руки вверх, — приказал я, подавая сигнал через клеймо, чтобы сразу показать, как это всё работает.
Тот не успел и слова сказать, как сделал все, что нужно было, уселся на пол и поднял руки кверху, сначала удивившись, а потом сильно испугавшись происходящему.
— Матерь песчаных бурь, — сказал он шепотом. — Да ты чего в моей голове?
— Я могу заставить тебя сделать все, хоть танцевать на одной ноге в течение часа, а потом умереть от сердечного приступа, — сказал я громко, так, чтобы все услышали. — Теперь ты подчиняешься мне напрямую. И в случае неудовлетворения твоими действиями я убью тебя одним щелчком пальцев. Ты понял меня?
— Да, господин, я понял. — На этот раз он был максимально серьезен.
— А теперь выгони всех из зала, и мы с тобой нормально поговорим.
— Все вон! — тут же проорал Хельт. И его сын, и ополченцы моментально, напуганные предыдущими действиями своего главы, покинули помещение, не задавая вопросов.
— Ну вот, — удовлетворенно сказал я и показал ему рукой на его скамью, где он сидел до этого. — Присаживайся и давай рассказывай мне о том, где я нахожусь.
Место, о котором начал рассказывать Хельт Дорнер, мягко говоря, не впечатляло. Называлось оно Проклятые Пределы и оказалось именно тем, чем выглядело снаружи. Это были десятки мелких городков, разбросанных по территории, которую можно было пересечь за четыре недели пути в любом направлении.
В каждом из этих поселений правил бургграф или ландграф, и каждый считал себя независимым, хотя независимость эта была примерно такой же крепкой, как и стены Грауштайна.
На востоке лежала мертвая земля и Яма с ее вечной грозой. На западе же поднимался Костяной Хребет, за который никто из живущих здесь не заходил и не возвращался, потому что там обитали проклятые. На севере же тянулись болота, гнилые и бесконечные, где тоже тусовались те же самые проклятые, изредка появлявшиеся на территориях пределов.
А вот на юге начиналось самое интересное. Там была пустыня, и именно через пустыню местные поддерживали хоть какие-либо контакты с другими цивилизациями и народами. Оттуда периодически приходили караваны, которые привозили соль, ткани и прочие товары.
— Место, на котором мы живем, это фактически тупик, — сказал Дорнер, разводя руками. — И выхода отсюда особого и нет. Или, по крайней мере, никто его пока не нашел. Дальше некуда отсюда идти. Караванщики приходят раз в сезон, забирают у нас шкуры местных ящериц, которые идут на всякие поделки, а больше особо ничего не берут. Откуда идут, они тоже особо не говорят и платят за все солью либо тканью. Мы для них что-то вроде дальних родственников, к которым заезжают по пути, потому что больше некуда.
— А проклятые, часто они появляются? — Задал я насущный вопрос, потому что уж с этими тварями сталкиваться мне доводилось. Эти твари были везде, независимо от местности.
— Встречался с ними, да? Знаешь, кто такие? — спросил тот. — Бывает, что приходят. Не часто, может быть, раз в несколько лет стаей. Обычно с севера, из болот. Это бывшие люди, у которых было выжжено все человеческое. Такие быстрые и голодные, что их невозможно остановить, пока не разрубишь на куски. Ведь они не чувствуют боли и не боятся огня. Единственное, чего они хотят, это человеческое мясо. Последний раз видели их четыре года назад. Была мощная пыльная буря, когда они появились. Как прошли через другие города, даже непонятно.