Когда совещание было закончено, я решил посмотреть на то, что получилось в итоге с крепостью, и оценить масштабы приближающегося бедствия, поэтому вместе с Клыком и Горбуном поднялся на первый ярус. Где мы практически сразу встретили гул и громкие крики. Судя по всему, что-то случилось.
Мы ускорились, доставая оружие. Но очень скоро поняли, что крики с поверхности по характеру это были не боевые, а скорее что-то среднее между паникой и азартом. Через клеймо я потянулся к ближайшим точкам наверху и почувствовал возбуждение, а не страх. От этого уже было легче.
На поверхности нас встретила толпа, наверное, человек в сорок, которые стояли возле северной секции будущей стены. Самой стены еще не было, только веревки обозначали ее контур, зато ров нарыли уже полноценный, с крутыми откосами. Я точно помнил, что не задавал таких параметров. Четыре метра в ширину, это как-то многовато для рва, а в глубину, судя по всему, еще больше. Кажется, все-таки люди Гвоздо перестарались, а ведь не прошло и суток с того момента, как он вышел со мной за пределы ямы, а они вон уже что успели откопать.
Мы подошли поближе и поняли причину криков людей. На дне рва сидел зверь, вжимаясь в землю и тяжело поводя боками, время от времени дергая башкой из стороны в сторону. Таких мне еще здесь в яме не попадалось. Это была здоровенная бочкообразная туша, на четырех мощных кривых лапах. Плоская морда, широкая, с маленькими глазками, которые бестолково вращались, пытаясь уследить за всеми людьми наверху. Из-за размеров и неповоротливости он напоминал мне доисторического динозавра Земли, жаль только их названий я не помнил.
Броня покрывала его полностью. Это была не чешуя и не какой-либо там панцирь, а именно броня. Толстые и корявые каменные пластины наросли на спине, боках и даже на голове, оставляя открытыми только сами глазки и ноздри. Казалось, что кто-то взял валун, грубо обтесал его по форме живого существа, и получился такой каменный бык. Ну или черепаха, забывшая про панцирь и отрастившая броню прямо из кожи.
Короткий хвост зверя заканчивался костяным наростом в виде булавы, таким шипастым шаром размером с мою голову. Судя по всему, из-за этой булавы зверь собственно и пострадал. Он пытался выбраться из ямы, но не смог, в ярости начал крушить стенки и в итоге обвалил землю и засыпал себя наполовину. И теперь он сидел заваленный, дёргался, разрыхляя грунт, и не мог выбраться.
— Ну и чего ждем? — спросил я у Дуба, который стоял здесь с двумя десятками воинов.
— Так, Белого Духа ждем, мастер, — ответил тот, удивляясь тому, что я поднялся наверх. — Хотели ему подарок сделать, а что-то его не видать.
Бабай действительно оставался на четвертом ярусе, и поэтому мне пришлось немножко напрячь свои силы, чтобы послать ему импульс и отправить его наверх, рассказывая о том, что его здесь ждет небольшой подарок. И тот с удовольствием начал подниматься, подарочки он любит.
— С болот приперся, — добавил Дуб. — Прошел как-то по краю, смял два ряда посадок ветки и свалился сразу в ров. Никому вреда не причинил, мы даже не поняли, как он к нам добрался.
— А где были дозорные часовые? — спросил я строго.
— Так обед же был, — сказал Дуб и тут же понял, что сморозил несусветную чушь. — Мастер, я их накажу.
Обед был. Я, мягко говоря, был очень сильно возмущен, потому что такое пренебрежение обязанностями, это что-то с чем-то. А как же дисциплина и все то, на чем стояла наша будущая армия? Ну, выговаривать сотнику я не стал. Он с этим справится сам, потому что вину свою он понял и, судя по глазам, исправится.
Зато наказание родилось у меня само собой. Зверь находился рядом, поэтому я смог просканировать его щупом, который показал мне, что мозг этой твари был хоть и маленький, но не совсем примитивный. Гораздо сложнее, чем у ящерицы, но, естественно, проще, чем у Бабая, где-то на уровне собаки или чуть хуже. Базовые состояния считывались очень отчетливо, и сейчас в них доминировал страх. Зверь не понимал, куда попал, не мог выбраться и ждал, когда же его убьют.
Желание провести эксперимент родилось у меня само собой. Интересно, а можно установить связь с диким зверем, которого я вижу впервые? Сработает ли здесь клеймо? Нет, как якорь, сработает, бесспорно, я смогу его подчинить. Но насколько серьезно будет работать подчинение и как будут идти команды через наш общий канал?
А если, допустим, нанести клеймо на зверя, но привязать управление не к себе напрямую, а к другому человеку, который тоже носит мое клеймо? Так, чтобы теоретически получалась полноценная цепочка, где я представлял бы собой центральный узел, а Дуб, который будет наказан, некий промежуточный, и зверь, как конечный узел.