Хотя если поразмыслить, наверное, в этом была своя логика. Пшеница, даже насколько я знал, эта культура достаточно капризная и требовательная к почве и влаге. А здесь, в проклятых пределах, земля бедная, да и дожди были очень редкими. Зато я видел на полях жесткие метелки проса, такие же, как в великой степи, и низкорослые кустики нута. Да, пусть не слишком разнообразно, но питание людям нашлось, и это было очень хорошо.
— На тех землях, где я рос, — ответил я, не оборачиваясь к Хельту, — там выращивали пшеницу и из нее пекли белый хлеб.
— Ну, господин, кто спорит? Кое-где, говорят, и золотые яблоки растут, — ответил тот и сплюнул со стены вниз. — Нам бы, наверное, горшочек-то приостановить, а то амбары уже полные.
— А что, людям уже ничего не нужно? — спросил я, поворачиваясь к бургграфу.
— Да они же лопнут скоро от жратвы, — ответил тот недовольно. — Работать не хотят, полдня валяются без дела. Ты скажи Наире, у меня на складе сотня кнутов есть, если что, пусть тягают, я с удовольствием дам.
— Может, тебя тоже этим кнутом? — ответил я зло, на что бургграф сразу же заткнулся.
А так, то, что амбары были переполнены, это была хорошая проблема. Я точно знал, что зерно не сгниет, потому что мы его пустим в дело и продадим. Тем более, что население Грауштайна при всем своем желании не могло потребить столько ресурсов. Зато уважение к пришедшим захватчикам среди населения выросло невероятно сильно. Люди получили бесплатную еду в неограниченном количестве. И это сделало нас в их глазах гораздо более легитимными, чем местный бургграф и его якобы древняя кровь, которая разрешала ему править над местным населением.
Правда, за это я требовал работы, и работы много. Мне нужно было строить крепость, помогать разрабатывать рудник, находящийся в двадцати километрах, и запускать кузни на поверхности. И людей на это я брал из города, потому что своих заставлять работать своих физическим трудом я пока не собирался, это было слишком невыгодно, даже если делать тысячи медальонов и выводить на поверхность всех Корневиков и Глубинщиков.
Достаточно было вспомнить, что произошло две недели назад, когда первая сотня работников из Корневиков с медальонами на шеях вышла на поверхность для работы по созданию крепости. Я-то думал, что они справятся, крепкие мужики, практики, привыкшие к тяжелой работе. Но я очень сильно ошибался, они просто не смогли здесь работать.
Для них открытое пространство оказалось хуже любой самой страшной пытки. Отсутствие каменного свода над головой, это бесконечное небо, от которого некуда спрятаться, и ветер, дующий отовсюду, все это вгоняло их в настоящий ступор. Уже через несколько часов люди собрались в плотные кучи, прижимаясь чуть ли не спинами друг к другу, а то и просто сидели на земле и не реагировали ни на приказы, ни на угрозы.
Люди, мечтавшие и верившие в то, что когда-нибудь они покинут Яму, не знали мира за ней и никогда не думали об этом. Для них вся вселенная умещалась в лесах и тесноте деревянных платформ, на которых проходила вся жизнь. А здесь, наверху, они были потеряны и совершенно беспомощны.
Тогда мне пришлось признать достаточно очевидное, что, по сути, мои люди, они, по сути своей, настоящие дикари. И они совершенно эмоционально не готовы к большому злому миру. И, по крайней мере, в ближайшие месяцы, пока они не адаптируются, я не смогу использовать их на поверхности. А значит, всю внешнюю работу придется делать силами тех, кто там живет. Поэтому мне пришлось обратиться за помощью к городу.
Да что говорить, даже Рен, главный мечтатель, который и подвиг меня на всё это дело по захвату Ямы, даже он на поверхности особо не появлялся, предпочитая оставаться на четвёртом ярусе и заниматься тренировками. Потому что, откровенно, мой великий воин и военачальник чувствовал себя там слишком неуютно и незащищённо.
И то, что раньше для многих казалось дежурством на поверхности как награда, сейчас в итоге превратилось в пытку. Никто из моих воинов не хотел появляться на поверхности надолго и тем более заниматься там тяжелым физическим трудом. Нет, конечно, можно было каждого из них сломать и заставить это делать через приказ и клеймо. На это у меня бы хватило сил. Но ломать людей я не собирался, тем более что ресурсы всё-таки на поверхности у меня были.
Поэтому после неудачного эксперимента и после того, как Осколки стали гарнизоном в городе, я заявился к Хельту с требованием предоставить мне как минимум несколько сотен мужчин и женщин, которые помогут расчистить площадку под будущую крепость и, собственно, будут её строить.