Оно пульсировало слабо, неравномерно. После взрыва браслета я выжег почти весь запас, и восстановление шло медленнее, чем хотелось. Но Камень Бурь, грел своим спокойствием и толкал меня вперед. Я чувствовал, как артефакт работает, втягивая окружающий этер и пропуская его через себя.
Я мысленно потянулся к потоку энергии, направил его к ядру. Этер послушно потёк по каналам, тонкими струйками наполняя сгусток. Процесс был медленным, но стабильным. Главное не торопиться, не пытаться затолкнуть в себя больше, чем можно переварить. Это я уже был научен, еще когда взрывал первый свой рунный камень.
Валар постучал в дверь ровно в пять тридцать. Мы уже были одеты и готовы. Спустились вниз, сдали ключ. Сержант оглядел нас критическим взглядом, но остался доволен, так как мы выглядели бодрыми, выспавшимися и готовыми.
— Молодцы, что вовремя. Пошли. За мной.
Спустя полчаса неспешной прогулки, мы подошли к массивному каменному зданию. Над воротами висела вывеска с изображением лазуритового копья. Казармы.
— Добро пожаловать, — сказал Валар, толкая ворота. — Здесь вы проведёте ближайшие два года.
Мы вошли во двор. Широкая площадка, застланная утоптанной землёй. По краям стояли деревянные манекены для тренировок, стойки с оружием. В углу виднелся колодец. Несколько солдат уже занимались, отрабатывая удары.
— Сначала медосмотр, — сказал сержант. — Потом выдача экипировки, потом обучение. Пошли в лазарет.
Он повёл нас к небольшому зданию в дальнем конце двора. За столом сидел старик с седой бородой, в белом халате, словно настоящий земной врач, вот только больницей здесь и не пахло, да и не выглядело помещения как лазарет, скорее, как пыточная, уж больно много всякого инструмента висело на стенах, и я совсем не уверен, что они предназначены для помощи раненым. Ну, так я понимаю слово лазарет. Место, где лечат раненых и больных.
— Григор, — представился он, не поднимая глаз. — Практик-медик. Раздевайтесь.
— Чего? — не понял Алекс.
— Раздевайтесь, — повторил Григор терпеливо. — Рубахи снимайте, амулеты, религиозные штуки тоже, штаны не надо. Мне нужно вас осмотреть.
Мы переглянулись, но делать нечего. Сняли рубахи, я аккуратно завернул в нее Камень Бурь, не смотря на свой интересный вид, мягко говоря, внимание он словно не привлекал. Григор поднялся, взял один из кристаллов, лежащих среди кипы бумаг и подошёл к Алексу.
— Стой спокойно, — приказал он.
Он провёл кристаллом по коже Алекса, медленно, от шеи до пояса. Кристалл светился слабым голубым светом. Григор нахмурился, провёл ещё раз.
— Хорошо, — пробормотал он себе под нос. — Потоки этера неравномерные. Есть затемнения в некоторых местах. Но не критично. Переход искусственный, через пилюлю. Ага.
Он что-то записал в журнал, потом подошёл ко мне. Повторил процедуру. Кристалл засветился, и я почувствовал лёгкое покалывание на коже.
Григор замер. Провёл кристаллом ещё раз. Потом ещё. Его брови поползли вверх.
— Что такое? — спросил я настороженно.
Григор не ответил. Он положил кристалл, взял другой, более тёмный. Провёл им по моей руке, по груди, по спине. Потом заглянул мне в глаза, прямо, пристально.
— Инициация без единого изъяна, — пробормотал он, больше себе, чем мне. — Никаких следов отторжения, закупорок каналов. Плотность тканей как у тех, кто годами практикует техники укрепления. Словно тебя создали в идеальных условиях.
Он отошёл к столу, что-то быстро нацарапал в моём личном деле. Потом достал маленький красный флажок и воткнул его в папку. Я похолодел. Красный флажок. Это плохо.
— Что это значит? — спросил я.
— Означает, что ты представляешь интерес, — коротко ответил Григор, не глядя на меня. — Одевайтесь. Можете идти.
Валар стоял у двери, наблюдая за всем происходящим. Когда мы оделись, он кивнул.
— Пошли. Выдача экипировки.
Мы вышли из лазарета. Я чувствовал тяжесть взгляда Григора на спине. Красный флажок. Теперь я из статуса никто перешёл в статус подозрительный тип. А у Алекса такого не было.
— Корвин, — тихо сказал Алекс, когда мы шли за Валаром. — Что это было?
— Не знаю, — ответил я честно. — Но ничего хорошего.
Валар привёл нас к складу. Выдал нам форму, четыре комплекта хорошего качества, куда входили простые серые штаны, рубахи, и две пары лёгких ботинок, с твердой подошвой.
— Это учебная одежда, — сказал он. — Потеряете, будете покупать новое за свой счёт. Оружие и броня подгоняются индивидуально, но позже. Пока не заслужили.