Нас хватило на полчаса, больше удержать тяжеленое бревно в руках было просто невозможно. Но только когда пал последний, им на удивление оказался Алекс, а я сломался предпоследним, сержант дал команду на отдых.
— Отдых. Пять минут. Потом отработка ударов. Копья не бросать, держать при себе. Кто уронит копье, получит еще десять кругов.
Я опустил копьё, уперев его тупым концом в землю, и согнулся пополам, пытаясь отдышаться. Руки тряслись так сильно, что пальцы подёргивались в мелких спазмах. Плечи ныли тупой, разливающейся болью. Алекс рядом выглядел не лучше.
— Это только начало, — прошептал он хрипло, его голос дрожал. — Как мы два года это выдержим? Я серьёзно. Как? У меня руки уже не держат ничего.
— По дню, — ответил я, выпрямляясь и чувствуя, как в пояснице что-то неприятно хрустнуло. — Просто по одному дню. Не думай о двух годах. Думай только о сегодня. Только о следующем часе. О следующей минуте, если надо.
Он кивнул, но в его глазах всё равно читалось отчаяние, граничащее с паникой. Я видел, как он сглатывает, как его взгляд бегает по сторонам, словно ища выход из этого кошмара. Но выхода не было. Был только плац, были только копья в руках, был только сержант, который уже снова стоял перед нами, готовый продолжить эти бесконечные пытки.
— Время вышло, — объявил он. — Следующие два часа мы отрабатываем удары. Вперёд, в сторону, вверх, вниз. Снова и снова, пока движения не станут автоматическими. Пока вы не перестанете думать о том, как именно бить. Пока ваше тело не запомнит это само. Показываю движение один раз, потом требую повторить сотню раз. Без остановок, без передышек, без жалоб. Ясно?
— Да, сержант! — выкрикнули мы и судя по кивку Леви, получилось более-менее прилично.
Он встал в стойку, которую мы только что отрабатывали, и замер на мгновение. Потом словно взорвался движением. Копьё превратилось в размытую линию, древко со свистом рассекло воздух, и наконечник метнулся вперёд с такой скоростью, что я даже не успел проследить траекторию.
Удар был настолько быстрым и точным, что острие замерло в нескольких сантиметрах от груди одного из новобранцев, стоявшего в первом ряду. Парень побелел лицом и попятился, но Леви уже вернулся в исходную стойку, словно и не было этого взрыва движения.
— Вот так, — сказала он. — Удар копьём это не размахивание палкой. Это не широкие, размашистые движения, которыми вы рубите дрова или бьёте бабу. Это точность, скорость и сила, вложенные в одно мгновение. Вы должны вложить в удар всё тело, а не просто руки. Бёдра, спина, плечи, руки, всё работает как единый механизм. А теперь вы. Сто ударов вперёд. Считайте вслух. Начали!
Вставая в нужную стойку, я поднял копьё и ударил вперёд, пытаясь повторить то движение, которое показала Кайра. Получилось медленно, неуклюже, наконечник качнулся в сторону. Я попробовал ещё раз. Потом ещё.
— Один! — прокричал я.
— Два! — откликнулся Алекс.
— Быстрее! — кричал сержант. — Это не прогулка по степи! Это не неспешное ковыряние в собственном носу! Вкладывайте силу! Локти прижимайте к корпусу, а не расставляйте как крылья испуганной курицы! Удар идёт от бёдер, а не от плеч!
Когда я добрался до сотого удара, то просто обнял копье, так как оно было единственной опорой что не давало мне упасть на песок и услышать пару матерных словечек про себя от сержанта, а материл он всех знатно.
Я посмотрел на свои руки и увидел, что они дрожат мелкой дрожью, которую невозможно контролировать. Ладони горели, на них уже начали появляться водянистые мозоли от трения о грубое древко.
Вокруг меня несколько новобранцев просто рухнули на колени или вообще легли на землю, не в силах больше стоять. Даже Алекс, человек, что сильнее меня, опустился на четвереньки, его плечи вздрагивали, он хрипло дышал, будто задыхаясь.
Сержант обошел нас, оценивающе осматривая. Потом кивнул.
— Неплохо, — сказал он, и в его голосе впервые промелькнуло что-то похожее на одобрение, хотя и очень сдержанное. — Половина из вас не сдалась раньше времени. Никто не упал в обморок, не начала скулить и просить пощады. Это уже что-то. Это значит, что хоть какая-то воля у вас есть. Обед через час. Идите в казарму, умойтесь, приведите себя в порядок. После обеда, еще час свободны, затем марш-бросок на пять километров с полной выкладкой. Рюкзаки с камнями получите тут же. Отдыхайте.
Только когда сержант отвернулся и ушел за здание я упал на землю.