— Вы не понимаете, — говорил он, останавливаясь в центре. — Копьё — это не дубина. Это точность. Один удар, один враг. Промахнулся, остался без оружия, тебя убили. В строю нет времени на вторую попытку. Поэтому учитесь попадать с первого раза. Вы чем занимались всё это время?
К обеду мы уже не просто отрабатывали удары, а дрались по-настоящему в полную силу. Один на один, в полный контакт. Капралы следили, чтобы никто не переходил границы, но синяков прибавилось изрядно. Поединков не было, только работа с напарником и два десятка движений, меняя которые мы могли перемещаться по полю, атаковать, или блокировать удары копья.
— Копье — это не только безотказный клинок, но и надежный щит. Не забывайте об этом.
После обеда нас повели на полигон. Большая открытая площадка за казармами, с деревянными мишенями, установленными на разных расстояниях. У края стояли ящики с ножами и короткими копьями для метания.
— Сегодня учимся метать, — объявил Леви, подходя к ящику. — Нож, топор, что угодно. В бою не всегда есть время подойти вплотную. Иногда нужно убить издалека. Или хотя бы ранить, чтобы противник замедлился. Но это так, побаловаться. Арбалеты скоро принесут.
И правда, очень скоро принесли два десятка одинаковых деревянных арбалета и несколько сотен болтов. Я взял свой, проверил механизм. Всё работало исправно. Опыта стрельбы из него у меня было немного, но было. Серг вообще в глаза такое чудо оружие не видел, и поэтому ему пришлось немного напрячься.
— Арбалет не сильно поможет против подготовленного практика, щит из этера спокойно выдержит болт в упор. А вот духовные звери, которых мы будет встречать по дороге, весьма оценят вашу прицельную и не очень стрельбу. Это ваше второе оружие в дороге, но не менее важное чем первое.
Я раздумывал, стоит ли брать навык стрельбы, и в итоге решил, что не буду, свободных слотов и так осталось немного, и я больше склонялся к рабочим, производственным навыкам чем к военным, вот добью десятку в копье, там посмотрим, куда это вывезет, не удивлюсь если я получу такой же общий навык, как Обработка материалов.
И первый день мы просто стреляли по стационарным мишеням изведя все болты под ноль.
Вечером началось самое интересное. Нас повели на конюшню.
— Сегодня учимся ездить, — объявил Леви. — В Степи без лошади ты мертвец. Духовные звери бегают быстрее человека. Караван движется быстрее человека. Поэтому учитесь держаться в седле.
Конюшня была большой, с десятками стойл. Нам выдали лошадей, степных, невысоких, но крепких. Моя была серой масти, с чёрной гривой. Спокойная, послушная. Я погладил её по шее, проверил сбрую.
— На лошадь, — скомандовал Леви. — Быстро!
Я вскочил в седло, не без труда. Лошадь дёрнулась, но не сбросила, видимо приученная к таким неопытным ездокам. Алекс рядом еле залез, чуть не свалился на другую сторону. Дарн вскочил легко, видимо, у него был опыт, да и большинство парней, ездили уже сносно, так как были местными.
— Шагом, — приказал Леви. — По кругу. Держите спину прямо, ноги прижаты к бокам, руки на поводьях. Не дёргайте, не тяните, направляйте.
Мы поехали. Медленно, по кругу вокруг конюшни. Я держался, но чувствовал себя неуверенно. Лошадь шла ровно, но каждое её движение отдавалось в спине.
— Рысью! — крикнул Леви.
Лошадь ускорилась. Я подпрыгивал в седле, пытаясь удержать равновесие. Алекс рядом ругался сквозь зубы, еле держась. Один из новобранцев слетел, упал на землю. Леви подошёл, посмотрел на него сверху вниз.
— Вставай. Садись обратно. Ещё раз упадёшь, будешь бегать за караваном пешком.
— Половина из вас выглядит как… я не знаю… да все ваши враги помрут, когда вы их атаковать будете! — ржал капрал, периодически обгоняя нас и подхлестывая словами.
Второй день начался с того, что я проснулся с ощущением, будто меня переехал обоз. Все мышцы, о существовании которых я даже не подозревал, теперь напоминали о себе острой болью. Внутренняя поверхность бёдер горела огнём, спина ныла, даже шея почему-то болела.
— Я больше не могу сидеть, — простонал Алекс с соседней койки, не открывая глаз. — Серьёзно.
— Заткнись и вставай, — буркнул Дарн, поднимаясь первым. Он выглядел бодрее всех, что было чертовски несправедливо. — У меня дома четыре лошади. Вы просто размазни.
— Ненавижу тебя, — искренне сообщил ему Серг, с трудом спуская ноги на пол.
Разминка прошла в обычном режиме. Десять кругов, которые раньше казались пыткой, теперь воспринимались как лёгкая прогулка. Правда, после вчерашнего седла бежать было особенно весело, каждый шаг отдавался в промежности, как удар молота.