Внутренний двор оказался еще больше, чем я представлял снаружи. Повозки выстраивались вдоль стен, образуя своеобразный полукруг. В центре располагался колодец с каменным срубом, а рядом несколько длинных кормушек для лошадей. Местные конюхи уже сновали между животными, проверяя упряжь и раздавая корм. Организованно тут всё было по высшему порядку.
Сержант Леви, собрал нас в кучу и оглядел, собираясь видимо толкнуть очередную свою речь, но его неожиданно прервали.
— Новички! — скомандовал чей-то громкий голос, и я обернулся. К нам приближался невысокий коренастый мужчина в кожаном доспехе, поверх которого была накинута выцветшая серая накидка. На груди у него красовался знак гарнизона — башня, пронзенная копьем. — Наверх! Смотровая площадка! Живо!
— Почему? — начал было Алекс, но мужчина уже развернулся и зашагал к одному из проходов в стене.
— Вернётесь, расскажу. — ответил Леви, и махнул рукой, приказывая нам двигаться за этим человеком.
— Традиция, — буркнул Рик, один из последних спешиваясь с лошади. — Всех новичков гоняют наверх по лестнице. Чтобы поняли, где находятся. Чтобы запомнили. Ну и для смеха местных, конечно.
Я посмотрел на башню, задрав голову. Сорок метров, если не больше. После целого дня в седле. Прекрасно.
Мы двинулись следом за нашим проводником, который представился просто как Дарн, оказавшийся тёзкой нашего Дарна, дежурный капрал гарнизона. Он провел нас через узкий коридор в толще стены и вывел к широкой лестничной клетке. Каменные ступени уходили вверх, теряясь в полумраке. Вдоль стен были закреплены длинные яркие полосы в металлических держателях, дающие свет такой силы, что казалось будто вокруг день, а я кивнул себе удовлетворённо, ошибаться я не мог.
— Здесь есть подъёмные механизмы, они работают? — спросил я, заметив металлическую решетку в стене напротив лестницы. За ней была небольшая камера, и судя по тросам, это был почти настоящий лифт.
— Работают, — усмехнулся Дарн. — Но не для новичков. Только для груза и старослужащих. А вы топайте ножками. Заодно кровь разгоните после дороги.
Мы начали подъем. Первые десять пролетов дались относительно легко, но затем ноги начали наливаться свинцом. Алекс пыхтел за моей спиной, как паровоз, а я сам чувствовал, как учащается дыхание. Дарн же поднимался впереди, даже не сбивая темп, изредка оглядываясь на нас с насмешливой улыбкой.
— Еще двадцать пролетов, — подбодрил он на середине пути.
Я выругался мысленно. Ноги горели, жопа болела, в легких не хватало воздуха, а спина ныла от непривычной нагрузки после дня в седле. Но останавливаться не хотелось. Не перед местными, которые явно ждали, что новички начнут скулить и проситься обратно.
Мы продолжили подъем. На одной из площадок я заметил открытую дверь, за которой виднелись койки и силуэты людей. Казармы гарнизона располагались по всей высоте башни, делая ее похожей на многоэтажный муравейник. Из-за двери донесся смех и чей-то голос, рассказывающий историю, подслушать которую я не успел. Но судя по упоминанию про сеновал, скорее всего любовное похождение.
Дарн не остановился, и мы продолжили восхождение. Еще пролет. Еще один. Ступени казались бесконечными, и я начал считать их про себя, чтобы отвлечься от боли в ногах. Сто двадцать три. Сто двадцать четыре. Сто двадцать пять.
Наконец лестница закончилась. Мы вышли на широкую площадку, где располагалась массивная деревянная дверь, окованная железом. Дарн толкнул ее, и нас обдало холодным степным ветром.
Смотровая площадка оказалась просторной, если не сказать огромной, метров сто в диаметре. По краю шел каменный парапет высотой по пояс, с зубцами для лучников. В центре возвышалась еще одна небольшая башенка, увенчанная остроконечной крышей, где, судя по всему, располагался пост наблюдателей. Несколько воинов в серых накидках стояли у парапета, всматриваясь в темнеющую степь.
— Вот, — сказал Дарн, широко разведя руками. — Великая Степь. Смотрите и запоминайте.
Я подошел к краю и посмотрел вниз. От высоты слегка закружилась голова. Внизу, у подножия башни, виднелись крошечные фигурки людей, возящихся с животными. Лошади казались игрушечными. Причем эти люди только приехали к Башне. Все спешат укрыться в безопасном месте перед ночью.
А дальше, во все стороны, простиралась степь. Бескрайняя, темнеющая в сумерках, с редкими холмами на горизонте. Ветер гулял по высокой траве, создавая причудливые волны, похожие на море.
— Красиво, — сказал Алекс, подойдя ко мне. — И страшно.