О Бездна, не прошло и двух часов после боя, а я уже равнодушно занимаюсь летательным аппаратом, даже не охреневая от того, что только что участвовал в жестокой драке. И несмотря на это и на то, что этера во мне было буквально пара капель, чувствовал я себя на удивление хорошо. А еще я мог сдохнуть.
— Корвин, помоги заменить накопители, — позвал Гаррет, стоя спиной ко мне и пытаясь дотянуться до пазов на спинной пластине, тем самым отвлекая меня от мыслей. — Сам я не смогу.
— Думаешь стоит? Они практически полные.
— Лучше перебздеть.
Я подошёл, вытащил почти цилиндры, они были тёплыми, почти горячими на ощупь. Вставил новые, щёлкнул замками. Руны на крыльях снова вспыхнули ярким голубым светом, плёнка натянулась, задрожала, словно живая.
— Готово, — сказал я, отступая на шаг. — Только осторожнее. Тут камни, если упадёшь, будет больно.
— Спасибо за заботу, мамочка, — огрызнулся Гаррет, но в голосе слышалось волнение, которое он пытался скрыть за сарказмом.
Леви стоял у ворот, скрестив руки на груди и наблюдая за нами с таким видом, словно смотрел на двух идиотов, которые решили поиграть с огнём. Рядом с ним собралась ещё пара бойцов из дозора, все глазели на Гаррета с нескрываемым интересом.
— Если свалишься и сломаешь себе что-нибудь, я тебя добью сам, — сказал сержант спокойно. — Чтобы не мучился. Понял?
— Понял, сержант, — кивнул Гаррет, и я заметил, как он крепче сжал рукояти.
Разведчик сделал несколько шагов вперёд, потом перешёл на бег. Крылья за спиной раскачивались в такт движениям, создавая странный свистящий звук, когда плёнка рассекала воздух. Он набирал скорость, и я видел, как напряглись мышцы на его руках, как он готовился к прыжку.
Оттолкнулся. Крылья раскрылись мгновенно, с резким хлопком, и Гаррет взмыл вверх. На этот раз он не просто подпрыгнул, он действительно полетел, поднялся на три метра, потом на четыре, на пять. Крылья били плавно, мощно, поднимая его всё выше, и на мгновение мне показалось, что он сейчас улетит куда-то далеко, в горы, и мы его больше не увидим.
— Бездна, — выдохнул один из бойцов позади меня. — Он реально летит.
Гаррет развернулся в воздухе, неуклюже, дёргано, крылья на секунду потеряли ритм, и он просел на метр вниз. Я сжал кулаки, готовясь бежать его ловить, но разведчик справился, восстановил контроль, снова взмыл вверх. Теперь он летел по кругу над нами, медленно, осторожно, словно учился заново дышать.
— Как там, птичка? — крикнул Леви, задрав голову. — Не блюёшь ещё?
— Пока нет! — откликнулся Гаррет, и даже с земли было видно, как широко он улыбается. — Но если буду, прицелюсь в тебя, сержант!
— Попробуй только, я тебя из арбалета собью, — пообещал Леви, но в голосе слышалась усмешка.
Я следил за полётом, пытаясь понять логику управления. Когда Гаррет тянул рукояти на себя, крылья меняли угол, он набирал высоту. Когда толкал от себя, крылья выпрямлялись, и он шёл горизонтально. Повороты давались тяжелее, нужно было тянуть одну рукоять на себя, другую от себя, и крылья разворачивались, меняя траекторию. Выглядело сложно, но Гаррет справлялся, хоть и не без ошибок.
Он сделал ещё один круг, потом начал снижаться. Крылья сложились наполовину, и он пошёл вниз, планируя, как огромная птица. Приземление получилось жёстким, он ударился о землю обеими ногами, пошатнулся, но устоял. Крылья за спиной всё ещё светились, плёнка дрожала на ветру.
— Ну? — спросил Леви, подходя ближе. — Каково оно, быть птичкой?
— Охрененно, — выдохнул Гаррет, тяжело дыша, лицо раскраснелось от напряжения, но глаза горели. — Леви, это просто… я не могу описать. Ты летишь, и всё внизу такое маленькое, и ветер в лицо, и ты чувствуешь каждое движение крыльев, как будто они часть тебя. Это нереально.
— Красиво рассказываешь, — буркнул сержант. — А теперь слушай, что я тебе скажу. Нам нужно знать, что там, за горами, в сторону Серой Башни. Сколько нежити, где они скапливаются, есть ли проход. Думаешь, справишься?
Гаррет помолчал, глядя в сторону гор. Оттуда, с севера, тянулись каменные гряды, перекрывающие путь к Серой Башне. Между ними должен был быть проход, узкий коридор среди скал, но мы не знали, занят он или нет.
— Справлюсь, — сказал он наконец. — Дай мне ещё пару попыток, чтобы привыкнуть к управлению, и я слетаю. Главное, чтобы заряда хватило.
— Корвин, сколько времени у него есть? — обернулся ко мне Леви.
Я подошёл, проверил накопители. Они всё ещё были почти полными, заряд расходовался медленнее, чем я думал. Видимо, основной расход шёл на взлёт и набор высоты, а в горизонтальном полёте крылья просто планировали, почти не тратя энергию.