— Алекс! — крикнул я, но мой голос утонул в грохоте боя, в лязге металла, в криках раненых и рычании тварей.
Он не слышал меня. Или не хотел слышать. Его тело дрогнуло, словно его ударило невидимой волной, и в следующее мгновение он сорвался с места, бросившись вперёд с такой скоростью, что я едва успел уследить за ним глазами, он пронёсся мимо первой линии обороны, оттолкнулся от одного из копейщиков, подпрыгнул высоко в воздух, перемахивая через головы скелетов и проклятых, его копьё, сжатое в руках, оставляло за собой золотистый шлейф света, который тянулся следом, словно комета, пронзающая ночное небо.
— Сукин сын! — выдохнул Леви, замерев на мгновение и глядя на эту самоубийственную атаку с выражением то ли ужаса, то ли восхищения на лице.
Алекс приземлился прямо перед тремя командирами, его ноги с глухим стуком ударились о каменный пол, оставив на брусчатке глубокие вмятины, словно вес его тела вдруг увеличился в десять раз от той энергии, что бушевала внутри.
Он выпрямился, и в этот момент браслет, который я дал ему, тот самый артефакт, заряженный до предела энергией очищения, сорвался с его запястья, брошенный точным движением прямо под ноги рогатого демона, главного из командиров, и на долю секунды время словно замедлилось, я видел, как браслет летит по идеальной дуге, кувыркаясь в воздухе, светясь серебристым светом, видел, как демон поворачивает свою рогатую голову, пытаясь понять, что это такое, но он не успел.
Взрыва не было. И хорошо, потому что думаю, тогда нас бы всех испепелило. Зато была вспышка чистого, ослепительного белого света, которая заполнила всё пространство вокруг командиров, я зажмурился, прикрывая глаза рукой, но свет был настолько ярким, что проникал даже сквозь веки, обжигая сетчатку, и вместе со светом пришла волна силы, которая ударила по башне, заставив каменные стены содрогнуться, а меня самого отбросило назад. Я упал на ступеньки, ударившись спиной о камень и на мгновение потерял ориентацию в пространстве, не понимая, где верх, где низ, слыша только оглушительный звон в ушах и чувствуя, как по телу разливается жар, словно я прикоснулся к раскалённому металлу.
Когда свет рассеялся, а зрение вернулось, я увидел последствия. Рогатый демон, тот самый, что казался непобедимым в своих чёрных доспехах, покрытых древними рунами, стоял на месте, но его фигура была странной, неправильной, словно что-то внутри него сломалось. Доспехи дымились, руны на них погасли, превратившись в мёртвые, почерневшие линии, а сама броня начала трескаться, распадаться на куски, которые отваливались и с лязгом падали на пол, обнажая то, что находилось под ней.
Плоть демона, если это можно было назвать плотью, горела изнутри белым пламенем, которое пожирало её, превращая в пепел, распространяясь от груди к конечностям, и тварь издала протяжный вопль, полный такой боли и ярости, что у меня свело скулы от одного только звука.
Второй демон, с когтями и черепом вместо лица, был отброшен на несколько метров назад, он лежал на полу, дёргаясь в конвульсиях, его когти скребли по камню, оставляя глубокие борозды, а пламя в глазницах мерцало, гасло и снова вспыхивало, словно свеча на ветру. Третий командир, скелет в древних доспехах, устоял на ногах, но его меч, что только что светился синим светом, треснул пополам, лезвие упало на пол, рассыпавшись на осколки, а сам он застыл, словно потеряв ориентацию, его пустые глазницы смотрели в никуда, и я понял, что взрыв повредил не только их тела, но и те тёмные силы, что удерживали их в этом мире, связь с демоническим началом была нарушена, ослаблена, и теперь они были уязвимы.
— Вперёд! — рявкнул Стейни, его голос прорезал ошеломление, что охватило наших бойцов после взрыва. — Добить их, пока они слабы! Не дать опомниться!
Лейтенант сорвался с места первым, его огненный меч вспыхнул ещё ярче, пламя на лезвии взметнулось вверх, словно живое существо, жаждущее пожрать врага, и он бросился на рогатого демона, который всё ещё корчился в агонии, сгорая изнутри от белого пламени очищения. Удар был на загляденье. Меч вонзился в грудь твари, пробивая остатки доспехов и плоть, находя то место, где билось демоническое сердце, и Стейни провернул клинок, высвобождая всю мощь огненной руны, пламя вырвалось наружу, охватило тело демона полностью, и тот взорвался изнутри, разлетевшись на куски обугленной плоти и костей, которые разлетелись во все стороны, осыпая пол чёрным пеплом и зловонной слизью.