— Мастер?
— Ты выгораешь, — продолжил Цао, разгибая палец за пальцем и перечисляя мои косяки, очевидные для него. — Работаешь как бешеный, потом валишься без сил. Медитируешь когда попало и как попало. Ешь что попало. Тренируешься бессистемно. Дисциплина? Не, не слышал. Даже пальцы закончились! Такое непотребство либо удавить, либо исправлять. Это путь к могиле, а не к мастерству. Поэтому я возьму тебя в подмастерья и буду учить уму разуму. Вбивать, так сказать, науку. Понял?
— А бить за что? — осторожно спросил я.
— А было бы за что, вообще б прибил. Согласен?
— Мастер Цао, — покачал я головой, — Можете хоть прибить, но от такого отказываться нельзя. Конечно, я согласен.
— Условия, — сказал Цао, и тон его сменился с ворчливого на деловой. Он полез за пазуху, достал сложенный вчетверо лист бумаги, и я понял, что старик готовился к этому разговору заранее, что лист был написан не сегодня утром, а раньше, может быть, ещё до моей поездки в горы, и что всё это время он наблюдал, оценивал и решал. — Слушай и не перебивай.
Он развернул лист и положил на колено. Написано там было крупным почерком, но иероглифами, в которых я еще не разбирался.
— Каждый день, без исключений. Подъём до рассвета. Час медитации здесь, во дворе, пока я не скажу иначе. После медитации, два часа работы руками в мастерской храма со мной. Потом идёшь к себе, занимаешься лавкой, клиентами, зарабатываешь на жизнь, я тебя кормить не собираюсь. Вечером, через день, час тренировки, тело и оружие. Пилюли, настойки, все, что положены тебе как практику для развития, купить и употреблять.
— Через две недели, если успеем, я буду готов отправиться в путь, — продолжил Цао, складывая лист и протягивая его мне. — Пока меня не будет, ты работаешь по расписанию сам. Медитация, мастерская, лавка. Посмотрим, на что ты способен без пинка.
— А что мы должны успеть? — спросил я. — Крыло я заряжу за пару дней, лететь можно будет сразу, если не слишком далеко, и как обратно, накопители тоже нужно будет заряжать.
— Там куда я полечу, этот вопрос решат. — отмахнулся мастер. — Пошли, покажу что нужно сделать.
Он поднялся и пошёл через двор, самой большой пристройке. Цао снял с пояса связку ключей, отпер тяжёлую дубовую дверь с бронзовыми петлями и толкнул её внутрь.
Там было светло, от больших окон на крыше, и пыль стояла в воздухе столбом, рунный светильник на стене, который Цао активировал касанием, разгорался медленно, давно не работал. И я увидел мастерскую.
Настоящую мастерскую, а не жалкую поделку что была у меня и не простую как у Цао дома.
Горн у дальней стены, выложенный из чёрного камня, полностью покрытый огромными рунами с двух сторон. Читались они легко, да и ничего сложного тут не было. Но вот из качества и связка. Это было потрясающе. Руны нагрева, руны контроля температуры, руны удержания формы, и все нанесены с такой точностью и красотой, что вызвали во мне настоящее восхищение, истинная работа мастера. Рядом двурогая наковальня, из металла, который тускло блестел в свете лампы синеватым отливом. С таким металлом я был не знаком.
На стене, на крюках висели инструменты. Молотки разного веса и формы, от крошечных, для тонкой работы, до тяжёлого кузнечного. Клещи, зубила, стамески. Линейки, куча других приспособлений, назначения которых я не знал или мог только догадываться. И отдельно, на полке у окна, завёрнутые в промасленную ткань, лежали заготовки.
Я подошёл, протянул руку, и Камень Бурь на шее теплел с каждым шагом. Металл под тканью отзывался этером, достаточно чтобы почувствовать и оценить.
— Звёздная бронза, — сказал Цао за моей спиной. — Сплав обычной бронзы с осколками Звёздного дождя. Секта Каменного Молота делала из неё инструменты и оружие. Эти заготовки, последние в своём роде. Я не трогал их пятьдесят лет.
Этер в металле был и много, прекрасно пересекаясь с моим познанием микро-рун и теории работы рун с материалом, металл буквально и был этером, обретшим форму. Какая потрясающая вещь, да тут можно столько всего с ней сделать, а если добавить руны, о, держите меня семеро, у меня сейчас слюна потечёт!
— Звёздный дождь, — я вспомнил библиотеку. — Осколки с Небесного Щита? Кристаллизованный этер?
— Ишь ты, — Цао хмыкнул одобрительно. — Грамотный стал. Да, мы так считали. Щит копит энергию Красного Ока и раз в несколько лет сбрасывает излишки. Осколки падают на поверхность, и каждый, кусок чистейшего, концентрированного этера. Наша секта существовала ради них. Не добывали, нет. Добывали другие, дураки, которые лезли в Дикие земли после каждого Дождя и дохли пачками. А мы покупали и обрабатывали. Звёздная бронза — это наш рецепт. Мы так думали до определенного момента. Потом нас отрезали от поставок, по приказу Императора и за своеволие.