Плюс восемь фонарей, которые он сделал вчера. Конвейер работал. Мне оставалось только зарядить готовые заготовки минимальным количеством этера, для проверки, что занимало от силы минут сорок на всю партию, и выставить на продажу.
— Мастер, а можно вопрос?
— Можно.
— Вот эти гранитные заготовки, камни для нагревателей, мы их покупаем готовые, обработанные, у торговца Фаня, по полторы серебряной монеты за штуку, верно?
— Верно.
— А необработанный камень стоит десять медяков. Я узнавал. У каменоломни на первом ярусе, ну, той, что за мостом, можно брать мешками по медяку за жилку, только они грубые, их нужно обтесать и отшлифовать. Ну и гранит, гораздо дешевле.
— Ты хочешь сказать, что мы переплачиваем за обработку, которую можем делать сами.
— Именно! Если купить шлифовальный круг, или хотя бы набор напильников, и…
— Сяо, посмотри вокруг.
Он посмотрел. Лавка была маленькая, я это знал, когда снимал, и знал, что это будет проблемой, но тогда выбирать не приходилось. Торговый зал, он же мастерская, он же склад, три на четыре метра, если округлить. Прилавок у стены, стеллаж с готовыми изделиями, рабочий стол, на котором я резал трафареты и заряжал заготовки, два табурета, корзина с материалами, и кухонька, по совместительству коморка, где спал сам Сяо, отгороженная занавеской. Наверху, по лестнице, моя комната, она же спальня, она же хранилище всего, что не помещалось внизу. Мастерская моего дяди, при всей компактности была гораздо больше.
— Каменная пыль, — сказал я. — При шлифовке камня повсюду клубами стоит каменная пыль. Она забивается вообще везде, уж поверь мне. Будет в еде, в одежде, в волосах. Здесь негде шлифовать камни, Сяо. Нам нужна отдельная комната, с вентиляцией, или хотя бы с окном, которое можно открыть. Это недоразумение сложно назвать окном.
Я кивком показал на небольшое заделанное окошко. Сяо сник, но ненадолго, потому что сникать надолго было не в его характере.
— А если договориться с кем-нибудь? Ну, арендовать угол в чьей-нибудь мастерской, где уже есть пыль, и немного больше не помешает?
— Ну а кто это будет делать? Наймём еще работников? Так-то на то и выйдет. Экономия на материалах, она, конечно, правильная задача, и молодец что ты задался таким вопросом. Но на сейчас, да и думаю ближайшие год другой, нам лучше сосредоточиться на уникальности и качестве нашего товара, чем расширении производства. Нужно делать себе имя.
Наш деловой диалог будущих промышленных магнатов прервал тонкий щенячий писк и что-то загремевшее на кухне, судя по всему тарелка с остатками лепешки, на кухню мигом рванул Сяо.
— Ты опять туда залез? Я же тебя просил, нельзя лазить на стол, ты же маленький ещё, свалишься и…
Щенок чихнул. Что-то упало и судя по характерному звуку, вдребезги. Сяо охнул.
— Ничего не разбилось! — тут же крикнул он, хотя я не спрашивал, и по этому поспешному ничего не разбилось было очевидно, что что-то разбилось, но уточнять я не стал. И что я всё слышал, тоже говорить не стал.
А с местом нужно что-то решать, действительно. Я отложил готовые изделия, окинул взглядом нашу титаническую работу, и хмыкнул. Мы вдвоём за три дня сделали мою работу за месяц, причем не сказать, что особо напрягаясь. Так что это было правильное решение: приобщить к делу Сяо, и трафареты. Я вообще считаю, что если ты что-то можешь не делать руками, то лучше руками и не делать, а автоматизировать этот процесс, ну или максимально упростить. Старые, добрые макросы.
Дядя, да икается ему, мне впаривал, что всё уникально, что надо всё делать руками, ибо так правильно, но по мне он просто нёс чушь. Чем больше я работал, тем больше понимал, что в унификации сила. Древние, создавшие Сферу, кем бы они не были, явно не вытачивали руны вручную.
Я сам конечно, с рунами пока ещё не готов такое делать, но вот мысли о месте и о том, чтобы хранить лишнее и при этом не забивать полки и мою и так маленькую личную комнату. Может всё же пришла пора сделать себе пространственный артефакт?
Раздавшийся стук в дверь и вошедший следом практик, отмёл все мысли о ящиках. На пороге показался сам мастер Цао, собственной персоной. Выглядел он, надо сказать, иначе. Я не сразу сообразил, что именно не так, пока он не прошёл внутрь и не снял дорожный плащ, мокрый от снега.
Тогда я увидел, что на нём не было привычной кузнечной куртки с прожжёнными рукавами, а одет мастер в вполне дорогой халат, тёмно-серого цвета и такие же широкие шаровары с сапогами. До этого, мастера таким видеть мне не доводилось.