Вечером, заперев дверь начал приводить теорию в практику. Сел за стол. Разделся по пояс. Положил перед собой мазь, инструмент, увеличительное стекло и тряпку.
Я долго выбирал точку, прикидывая, где меньше всего подвижность кожи при сгибании руки, и остановился на середине предплечья, чуть ближе к запястью, где кожа лежала ровно и почти не натягивалась при движении кисти.
Нанёс тонкий слой мази на участок размером с ноготь большого пальца. Кожа стала прохладной, кольнуло и за полминуты мазь впиталась, оставив бледное, едва различимое пятно. Потрогал пальцем, кожа стала чуть плотнее и ощутимо другой. Фиксирующий слой.
Работал усом.
Рука не дрожала. Я рисовал руны тысячи раз, на всём, что можно и нельзя, и пальцы знали каждую линию якоря на уровне мышечной памяти. Но это была очень сложная вложенная конструкция, еще и ограниченная размерами.
На металле я опирал запястье о верстак и вёл линию от локтя, а тут опора — это моя же левая рука, и я рисовал правой по левой, что добавляло неудобства, потому что левая должна быть расслаблена, иначе кожа натянется и исказит рисунок.
Когда я закончил, спина у меня была мокрая, хотя в комнате было прохладно.
Руна лежала на коже. Маленькая, бледная, при определённом угле света почти невидимая.
Теперь проверка. Я закрыл глаза и направил крохотную, самую маленькую каплю этера в геометрический центр руны, туда, где пересекались дуги. Не через руну, а в неё, чтобы оживить адрес, чтобы резонансный слепок зафиксировался. Кожу кольнуло и на этом всё.
Подождал час. Без изменений. Подождал ещё час. Мазь бледнела, линии становились менее контрастными, но геометрия держалась. Лёг спать и четыре раза просыпался ночью, чтобы проверить. Вечером того же дня я нанёс на свежие участки рядом с первой руной вторую связку.
Активация. Капля этера во якорь. Капля в зеркало. Задержка, полсекунды, за которую внутри успело всё сжаться и разжаться обратно.
Ответ. Мост замкнулся.
Расстояние между двумя точками перестало существовать, и этер перескакивал с одной руны на другую, минуя три пальца кожи между ними. Но в отличие от моста на доспехе, который был «сухим» и безразличным, этот мост был тёплым. Живым. Я чувствовал через него температуру кожи на другой стороне, пульсацию крови, напряжение мышц. Живая ткань добавляла к мосту информацию, которой мёртвый металл дать не мог.
Десять минут я сидел с закрытыми глазами, слушая мост. Потом проверил через стекло. Обе руны на месте. Кожа не отторгает. Обратного удара нет. Поток работает стабильно, что наталкивало на определенные мысли и дальнейшее развитие таких штук. Ну, с учетом того, что пройдет время и я буду точно уверен в их работоспособности и тому что они не нанесут мне вреда. Представил себе накопитель этера с парой тысяч единиц энергии в рюкзаке, и мой палец, работающий как огнемёт или чего страшнее. Перстни — прошлый век, если смогу пропускать так этер из других мест, не тратя при этом свой. Держите меня семеро!
Но все воздушные замки и мысли разбивалось о том, что я знаю, что будет дальше. Альтернативный путь проведения этера — это всё тот же костыль, рабочий для меня временно. Практик сильнее, тот же мастер Цао, может тянуть этер с накопителя силой мысли и никакие тату-руны ему нафиг не нужны. Так что это просто времянка. Не буду я шмалять из пулеметов с двух рук. Разве что удивить, сильных практиков, если с ними случится драка. А потом становясь практиком более высокого уровня, всё равно придётся удалить эти мелкие татушки.
Система отреагировала.
Навык повышен: Путь Созидателя — 4
Ещё два дня наблюдений. Парная связка на предплечье оставалась стабильной. Я проверял каждые несколько часов, растягивал кожу, сгибал руку, делал резкие движения. Линии смещались при растяжении, но мост не обрывался, резонанс держался, потому что был привязан не к физическому положению линий, а к этерическому слепку, зафиксированному в момент нанесения. А место нанесения рун теперь выглядели как две манту, немного выделяясь на коже и будучи чуть тверже чем сама кожа.
Вечером, после закрытия лавки, я позвал Сяо. Он пришёл с Бабаем на руках, щенок немного подрос за последние недели и висел у мальчишки на руках как тряпочка. Бабай было в принципе фиолетово как его таскают и что с ним делают.