А еще десятки флагов на шестах, вбитых в скалу по верхнему краю амфитеатра. Зелёный с серебряным драконом, самый большой, самый высокий, самый заметный, ну а как же, Секта Нефритового Дракона, хозяева города, им положено. Чёрный с белой горой — Железная Гора, вторые по величине, что говорило о многом. Красный с двумя скрещёнными мечами — это клан Ли. Жёлтый с черепахой — Школа Золотого Панциря. И ещё штук десять помельче, клановые, семейные, школьные, некоторые настолько маленькие, что рассмотреть герб можно было только если подойти вплотную.
Флага Секты Каменного Молота среди них не было. Я поискал глазами ещё раз, на всякий случай. Нет. Ну а чего я ожидал, собственно.
— Опаздываешь, — голос мастера Цао прозвучал из-за спины.
Я обернулся. Старик стоял у северных ворот арены, прислонившись к каменному столбу. Длинный тёмно-серый халат, подпоясанный широким поясом, в который был заткнут молот. Маленький, с гравированной рукоятью, не боевой, церемониальный. Борода расчёсана. Расчёсана! Я за всё время знакомства второй раз вижу, чтобы мастер Цао расчёсывал бороду. Она у него обычно жила своей жизнью, топорщилась, торчала в стороны, и он её максимум приглаживал мокрой рукой после умывания.
А сейчас она была расчёсана, аккуратно уложена, и волосы собраны в пучок на затылке.
Мастер Цао оделся как глава секты. И выглядел как глава секты. Потому что он и был главой секты, единственный оставшийся член.
— Не опаздываю, — ответил я. — Третий удар ещё не прозвучал.
— Прозвучит через минуту. — Он оглядел меня с головы и хмыкнул не сильно довольный.
— Спасибо за костюм, мастер. И за вышивку.
— А, делов-то, — буркнул он с каменным лицом. — На рынке бабы такой за полдня вышивают. Нечего тут благодарить, дерюга как дерюга.
Ага. С ровненькими мелкими стежками, которые я рассматривал двадцать минут. Ладно, мастер, ладно, сделаю вид, что поверил.
— Идём. Регистрация.
Десятки молодых практиков в форме своих школ, одни разминались, растягиваясь вдоль стен, другие сидели на скамьях с закрытыми глазами, третьи нервно ходили туда-сюда, атмосфера была напряженной
Писарь за столом, сухой старик с стопкой бумаг, исписанных мелким почерком, поднял на нас глаза.
— Имя, ранг, принадлежность, стадия.
— Тун Мин, — сказал я. — Младший мастер Гильдии рунных дел. Подмастерье Секты Каменного Молота. Начальная стадия закалки мышц.
Кисть замерла на полпути к бумаге. Писарь посмотрел на меня, потом на Цао, потом снова на меня. Потом на молот за поясом Цао.
— Каменного Молота, — повторил он. — Она ведь…
Цао молча положил на стол медный знак, квадратный, с грубо отчеканенным молотом, бьющим по наковальне. Печать главы секты.
— Существует, — сказал мастер Цао.
Тон был такой, что писарь, к его чести, не стал развивать тему. Побоялся, что его тут прикончат? Записал, поставил печать, выдал мне деревянную бирку с номером сто семнадцать и указал на коридор.
— Средняя категория, второй коридор налево. Младшая идёт первой, ваша после. Правила знаешь?
— Знаю.
— Если не знаешь, на стене висят. Начнёшь жаловаться судье — предупреждение, второе — дисквалификация. Упал и не встал на счёт «пять» — поражение. Покалечил намеренно — отстранение. Вопросы?
— Нет. — покачал я головой, зачем спрашивать, если он и так всё рассказал.
— Следующий.
Проверка на артефакты была тут же, два практика с рунными пластинами на руках прошли вдоль линии записавшихся. Один из них задержался рядом со мной, провёл пластиной у груди, рук, ног.
— Чисто, — сказал проверяющий напарнику.
Я выдохнул.
Цао провожал меня до входа во второй коридор. Там он остановился, потому что наставникам дальше нельзя, только бойцы.
— Мастер, — начал я и не знал, что хотел сказать.
— Цыц. — Он помолчал. Потом положил тяжёлую руку мне на плечо, горячую, как всегда, и сжал коротко. — Делай что умеешь. Не больше и не меньше.
И ушёл не оборачиваясь.
Коридор для средней категории был длинным, с каменными скамьями вдоль стен и узким проходом к выходу на арену. Народу набилось десятков пять, может шесть, точно считать я не стал, потому что часть сидела, часть стояла, а часть разминалась, занимая и без того тесное пространство.
Возраст от моих семнадцати и до двадцати с чем-то, хотя были и помладше. Двое пацанов, которым я бы дал лет пятнадцать, может шестнадцать, сидели в дальнем конце скамьи в одинаковых зелёных рубахах с серебряным драконом на груди. Секта Нефритового Дракона. Дети из хороших семей, с хорошим питанием, пилюлями и хорошими наставниками, которые к пятнадцати годам добрались до закалки мышц. Кто-то скажет, талант. Кто-то скажет, деньги. Скорее всего, и то, и другое.