— Асса Анна, а вы согласитесь подписать подобный договор?
— Да, конечно, почему бы нет. Потому как если вы его нарушите, то я камня на камне не оставлю от этого вашего Союза и Великих Домов, и буду иметь для этого вполне законные основания.
Великая Иллари невольно вздрогнула и поверила, да действительно эта … эта сможет. Никому мало не покажется…
Великая еще немного подумала, заключать письменный договор с претенденткой или достаточно ее слова? Но от размышлений ее отвлек демон, который уселся гадить прямо посредине клумбы с цветами. Его сосредоточенный вид так поразил Иллари, что она остановилась, открыв рот.
— Так когда подпишем договор? — поинтересовалась претендентка
— Вы согласитесь прибыть в столицу… в столицу одного из Великих Домов, — быстро поправилась Великая, — для заключения письменного договора?
— Да, конечно. Только сообщите мне об этом заранее… И не очень далеко, и я непременно прибуду. Вы естественно гарантируете мне безопасность… И еще… Мне хотелось бы почитать проект договора и обсудить его со своим поверенным. Это можно устроить?
Иллари чуть задумалась… "Договор — это сложно. Тут можно такого написать, что наглая девица в любом случае окажется виноватой. Пусть читает, все равно ничего не поймет, и пусть советуется хоть с сотней поверенных, это ей вряд ли поможет."
Демон на клумбе наконец-то закончил процесс и принялся закапывать результат загребая землю вместе с цветами задними и передними лапами. Цветы на клумбе были жестоко помяты и летели из-под лап демона во все стороны.
— Через неделю проект договора будет готов. Куда вам его прислать?
— Да, сюда в Каравач, адрес Вы знаете…. Ну, а потом мой поверенный договорится обо всех изменениях в договоре с вашими и тогда можно будет и подписать…
— А вы ничего не хотите передать Совету? — поинтересовалась напоследок Иллари.
— Нет, зачем? В договоре, надеюсь, все будет. А вот Великому Магистру передайте мое искреннее восхищение его мудрой политикой. Передайте, что я считаю его умнейшим и самым великим интриганом. Он у Вас просто уникум!
Иллари не поверила своим ушам. Она с удивлением посмотрела на ассу и поймала себя на том, что стоит с открытым ртом, к ее несказанному удивлению девица действительно говорила то, что думала.
— Асса, вы это серьезно?
— Абсолютно. Передайте ему мое искреннее восхищение, он среди всего этого вашего Совета один с мозгами. И на редкость хорошо со всем справляется. Вы спросите его при случае: а зачем ему этот ваш "Совет" вообще нужен? Мне кажется, что без него ему было бы намного лучше и проще управляться со страной, и порядка было бы больше. Единственное, он, на мой взгляд, с синей магией слегка переборщил, а в остальном он действует просто великолепно! Так ему и передайте.
Великая только сейчас поняла, что на протяжении всей этой хвалебной речи опять стояла с открытым ртом.
Слезы… Они обжигают глаза, бегут по щекам, попадают на губы, и их соль разъедает тоненькую трещинку пересекшую верхнюю губу ровно пополам. И ей хочется спрятаться туда, где никто ее не увидит, не найдет, не потревожит. Кайте стремительно бежит по коридору, вот полукруглые лестницы. На правую, почему-то она всегда выбирает правую. Но ее ноги уже не такие шустрые, их все тяжелее переставлять по ступенькам, какая же она становится неповоротливая. Слезы застилают свет, все плывет, лестница уходит из-под ног. Чьи-то руки…, чьи-то крепкие руки держат ее. Нет, она не упала, ее осторожно опустили на пол, подстелив что-то под голову. Что-то мокрое прикасается к ее лбу, к щекам, слышаться чьи-то торопливые шаги, чьи-то голоса.
— Вот беда — то, ну что за напасть…, — запричитала смиз Тайре, новая кухарка в доме Дьо — Магро.
Кайте медленно открыла глаза. Берни, стоя на коленях, склонился на ней, и тщательно вытирал мокрым полотенцем слезы с ее лица. За его спиной маячила голова кухарки в поварском чепце.
— Кайте, деточка, ты меня слышишь? Что приключилось? — Кайте еле пошевелила пересохшими губами.
— Птичка моя, неподходящее ты место выбрала, чтобы слезу лить, вдруг увидит кто? Разговоров потом не оберешься. Ни к чему это.
— Да, да, конечно, — прошептала Кайте и попыталась подняться.
— Берни, чего смотришь! Помоги ей встать.
Крепкие руки сержанта Беренгера подхватили горничную девушку. В какой-то момент она была полностью в его объятиях, даже ее ножки висели в воздухе. Берни бережно опустил ее на пол и еще какое-то время не отпускал, опасаясь ее пошатывания.
— Ну что встали на проходе, пойдем быстрее! — И смиз Тайре устремилась в свои владения.