Ножны я забрала и сразу навесила, этот пункт прошел без проблем, старые ножны оставила у оружейника, чтоб не таскать их с собой. Он обещал их занести в трактир, где я живу. Остатки материалов кости, дерево и шкуру — торжественно уничтожили, сложили в переносной очаг и сожгли. И я взяла с мастера клятву, что если он еще где найдет клочок или кусочек, то тоже сожжет, а то обратно прокляну.
А вот с библиотекой получилось все не так, как я хотела. У них не оказалось ни одного пророчества местной покойной пифии. Пророчества все слышали, все их знают наизусть, что мне и продемонстрировал библиотекарь, все, кроме последнего. С последним пророчеством начались какие–то непонятки. Местные менестрели очень любили пророчества пифии Карвы, очень они хорошо в песни превращаются, а те, что на ее дне рождении были, куда–то исчезли, как в воду канули.
— А кто еще на дне рождении пифии был? — Спрашиваю у библиотекаря.
— Много, много людей было. И я был, но я пророчества не слышал, я в другой комнате был.
— А кто рядом с пифией был?
— Да откуда ж мне знать? Там много народу было. Додж там рядом был, маги были, дети ее тоже были.
— Понятно. — Доджа спрашивать бесполезно и не удобно, и вряд ли он помнит, это пророчество, стар он уже. Детей тоже расспрашивать бесполезно, судя по тому, как подчистили библиотеку, могли и воспоминания подчистить, хорошему магу это вполне по силам. Остаются маги… А я как раз к одному из них и иду…
Лавка «Сладкие сны» впечатления на меня не произвела, маленькая, темная и не очень–то процветающая. Дом, в котором она находится, тоже знавал лучшие дни, а парень то хозяин, так себе… Жениться ему надо, может жена за домом лучше присматривать будет, а то окна грязные, а на крыше мох и трава растут, а на карнизе, маленькое деревце. В лавке, правда, порядок, только пыли многовато.
На звук колокольчика над дверью из подсобного помещения высунулась растрепанная голова, моего нового знакомого.
— Привет. Ты в гости заходить звал, так вот я и зашла…
— Здравствуйте, проходите, Вы же стеклышки мои посмотреть хотели, сны вас не очень интересуют?
— Я и так хорошо сплю, и снов мне не надо, без них спокойнее.
Прохожу в глубину дома, туда, где хозяин занимается своими стекольными поделками. А стеклышки, то красивые, рассматриваю красивые разноцветные шарики.
— Одрик, а что это?
— Да так тренировался бусины делать вот получилось… Выбросить жалко, они красивые… я их соседским детям собираюсь раздать. — Дети перебьются.
— А может ты их мне отдашь?
— Берите…
— А почему они в разных коробочках?
— А эти вообще на выброс, они очень хрупкие, пустые внутри и форма разная. На них чуть надавишь, и они рассыпаются.
— Тогда их детям точно нельзя… порежутся.
— Не, осколки совсем мелкие, но детям все равно нельзя. А Вам они зачем?
— Да есть одна идейка, а вот бусины я хочу попробовать для хранения плетений. Я привыкла их в горном хрустале держать, а тут на него цены кусаются и кристаллы плохие, все остальное еще дороже.
— Но вы же сильный маг, помощник магистра …
— И что сильные маги не могут испытывать денежных затруднений? Магистр уехала, а мне на что–то жить надо. Поэтому то, что есть тратить приходится с умом. Одрик, а почему ты мозаикой не занимаешься? Ты хорошо рисуешь, со стеклом балуешься… Все необходимое есть.
— Да кому они мои мозаики нужны? Самые красивые мозаики гномы и, иногда и эльфы из камней делают.
— Из камней наверно дорого…
— Очень.
— А скажи–ка мне отрок, ты пифию местную Карву, знал?
— Знал, конечно, ее тут все знали.
— А на ее последнем дне рождения был?
— Ну, был.
— А ее пророчество, что она на своем дне рождения говорила, слышал?
— Слышал, мы там рядом были…
— А само пророчество помнишь?
— Не–а, а на кой оно мне?
Хороший вопрос… Действительно оно нужно мне, а не ему, надо бы у него в мозгах поковыряться и пророчество достать, только он сопротивляться будет. Надо что–нибудь придумать.
— А ты из стекла можешь мозаику сделать?
— Наверно смогу, я не пробовал.
— А не хочешь попробовать? Я тут подрядилась бассейн под открытым небом построить, в резиденции доджа. И там, на полу бассейна мозаика смотрелась бы здорово. Только это надо быстро и срочно, они уже через день должны нижнюю часть закончат, и пока стены выводить будут, мозаика должна быть сделана. Возьмешься? Если нет, тогда бассейн и так сойдет. Нельзя же тебе одними снами зарабатывать, надо и другие способы осваивать.
— Асса Анна, только мне нельзя этим заниматься.
— Почему?
— Потому что у нас этим занимаются гномы и эльфы.
— Не поняла. На занятие мозаиками, что патент нужен?
— Нет, просто у нас не принято людям заниматься теми же ремеслами, что и …
— Глупость какая. Кузнецы есть и люди, и эльфы, и гномы. Строительством все занимаются, а не только гномы. Я взялась бассейн построить и никто мне ничего не сказал. И когда гномов на эти работы подряжала, мне тоже никто ничего не сказал.
— Так это вы. У Вас репутация…
— Ага. Плохая. Ты мне зубы не заговаривай. Ты мозаику в бассейне, что я строю, делать будешь?
— А бассейн большой?
— Как тебе сказать … смотря с чем сравнивать. Если хочешь посмотреть и прикинуть объем работ, то пошли, прогуляемся, я все равно хотела на стройку зайти. А стеклянная мозаика будет смотреться не хуже природной и стекло можно почти любого цвета и формы сделать. Что для бассейна важно, чтобы додж ноги себе острыми краями не порезал. А по вопросу можно или нельзя, то все вали на меня, моя репутация все стерпит.
— Я только сестренке скажу, что уйду и переоденусь.
— Иди, я в лавке подожду.
Стою у прилавка и листаю толстый талмуд с описанием предлагаемых снов. С воображением у парня все в порядке, только мозгов маловато, ну да какие его годы, может и наберется еще, если захочет. Откуда–то появляется симпатичная, стройная девушка, рассматривает меня, а потом упирается взглядом в Мару. Я как–то привыкла за много лет, что куда я туда и она. А девушке собачка понравилась:
— Ой какая хорошенькая, ушастенькая! А как ее зовут?
— Мара. — А она уже гладит бульдожку и та заваливается на спину и предлагает ей пузо почесать, и лицо ей облизывает. А девчонка–то смелая и животных любит… кроме нее, ну и меня, никто в этом мире Мару так не гладил, и она блаженствует. Лезет целоваться и неловко ставит на девушку лапы, сестренка Одрика ожидаемо садится на пол, масса то большая, Мара вылизывает ей лицо, умыта она плохо. Входит Одрик, бледнеет, кидается к сестре, а та смеется.
— Смотри какое забавное животное, теплое и шерстистое, а уши… уши, как у эльфов. — Одрик бледен и немного напуган, смотрит на меня, он то помнит, что это демон. Я снисходительно улыбаюсь, а для сестры Одрика, как и для меня, Мара просто животное, теплое и ласковое, вот пусть таким для нее и останется. Мы прощаемся и уходим.
В темном и гулком помещении, освещенном одинокой свечой, вокруг круглого стола сидит несколько закутанных в черные балахоны фигур, низко опущены капюшоны, но на лица еще и одеты черные маски. Никто не должен знать истинных личностей заговорщиков. Догадываются о личностях соседей многие, но догадываться и знать — это разные вещи. Большинство сидящих за столом — маги, но они это мастерски скрывают, даже цвет их магии разобрать очень сложно.
— Уважаемые члены Радужной Ложи. Сегодня у нас состоится внеочередное заседание. Повестка дня перед Вами, есть ли вопросы во повестке? Нет, тогда приступим. — Кто говорил, все это было не совсем понятно, сильно искаженный голос просто звучал со всех сторон.
— Мы рады приветствовать нового члена …. Мы рады, что наши идеи находят все новых и новых соратников и наши ряды ширятся …
— Короче… — выступающего грубо прервали, и опять–таки, кто из присутствующих это сделал было не понятно.
— Хорошо, хорошо… Сразу переходим к первому вопросу. Пропала наша военная надежда, асса Лиана. Ввожу всех в курс дела, если кто не помнит. В начале осени прошлого года она одна, против чего я, кстати, возражал, отправилась нанести визит небезызвестной всем присутствующим ассе Зите. Асса Зита не является членом нашей Ложи, но она безусловно сочувствует нашим идеям…