Одрик попытался оглядеться… Вокруг него стояло несколько крепких мужчин, все с оружием, с головы до ног, и им было ВЕСЕЛО! Они смеялись, смеялись над ним, над его беспомощностью, над очевидной гибелью его подружек….
Что–то внутри Одрика начало вскипать. Появилось ощущение «я все могу». Примерно так же он чувствовал себя, когда стоял безоружным в садике у бассейна перед черным полковником. Но тогда была игра, был кураж, а сейчас он был зол. Нет, он был не просто зол, он был в ярости. «Я ДОЛЖЕН» услышал он внутри себя собственный голос. Что–то внутри его начало клокотать, глаза стали наливаться, нет, не кровью, а обжигающей яркости белой пеленой.
— Ей, ты чего … — донесся до юноши далекий возглас и все вокруг взорвалось…
Одрику показалось, что яростной белизны волна затопила весь мир, подхватила его и уносит его…. Он тонет, погружается глубже и глубже, и белая пелена сменяется темнотой с мелькающими в ней разноцветными искрами.
Мара, с упорством истинного бульдога продолжала рыть и грызть ненавистную сеть, что держала ее и выпивала силы. Вдруг нога попала в небольшую дыру, одна из ячеек сети рядом поддалась, и дыра в сети стала чуть–чуть больше. Как эта небольшая прореха вдохновила Мару! И она стала с еще большим упорством рыть и рвать соседние с дыркой ячейки, и еще несколько из них поддались… Еще одна–две ячейки и можно попытаться выбраться… С противным скрежетом сломался зуб, «если выберусь, другой отращу… Грызть, грызть надо!» И она продолжила грызть нити сети, только уже с другой стороны. И еще две нитки не выдержали остервенелого напора.
И с угрюмым рычанием и подвыванием очень–очень злой демон выбрался из ловушки, и тут его и все вокруг накрыла и поволокла по земле волна магии. Маленькое измученное тельце сильно ударило о ствол ближайшего дерева и поволокло дальше. Дальше были кусты, они то и затормозили и спасли демона, свалившегося в какую–то ямку между их корней.
Когда Мара вылезла из спасшей ее ямки, от кустов ничего не осталось вместо них были только небольшие, меньше локтя, пеньки, все остальное было превращено в мелкую щепку. Деревья, те, что ближе к полянке, были повалены, а с остальных были начисто срезаны ветки и кора. «Ну и ну …» Подумала Мара и, по давней привычке, села чесать ухо. «Это что интересно знать, так долбануло?» Но долго думать она не привыкла, надо искать божественную хозяйку, она где–то там, но для того, чтобы дойти до нее, надо пройти через полянку. А там, на полянке кто–то живой. Дышит, хрипло дышит, отсюда слышно…
Одрик вдруг почувствовал на своем лице теплый и шершавый язык.
«Анна, убери Мару, я уже встаю!»
«Ага, живой. Одрик, ты меня слышишь?»
«Шлышу…»
«Ты лежи, не разговаривай, тебе вредно…»
Одрик с трудом приоткрыл глаза, все вокруг качалось и кружилось. Перед ним было пять черных морд, и все они норовили его облизать. От резкого света в голове разлилась боль. Одрик закрыл глаза и впал в спасительное забытье.
«Так понятно, мне и божественной хозяйке он помочь ничем не сможет». Мара потянулась перекусить веревки, но остановилась. «А если он не может помочь, то чего его развязывать? Он может и тут пока полежать. Чего на него время тратить? Эй, хозяйка! Я уже иду!»
Глава 13.
«После ядерного взрыва автомат нужно держать на вытянутых руках, чтобы расплавленный металл не капал на казенные сапоги.» Что только не придет в голову после такого зрелища. Это что там интересно долбануло? Подумаю об этом завтра… А сейчас, где тут господа маги? Они не знают, что к эпицентру ядерного взрыва нужно ногами ложиться и голову закрывать. Кто тут еще живой?
А с магией у меня проблемы, надеюсь, что не только у меня. Этой чудовищной силы магической волной снесло все. Всю защиту, все, что было подвешено на черный день, почти все нити тоже были снесены, но что–то осталось, но мало. Быстро раскидываю поисковую сеть и ставлю простенькую защиту… в живых осталось мало… Жалко я не знаю сколько же нападавших было изначально… О, на одного меньше. Сам что ли помер? А нет, это моя собачка бежит ко мне на помощь… А кто тут в кустиках прячется?
— Ну–ка милая вылезай… Это ты на меня смерчи насылала…. Теперь моя очередь… — Пытаюсь старшей сестрой выковырять прячущуюся в кустах магичку. Кусты колючие, а я и так сильно пострадала, не охота лезть, далеко, сейчас здесь будет Мара и кабздец ей придет, а я пока ей бока сестрой пощекочу.
Пока я так размечталась… ко мне сзади, подкрался настырный маг земли. Он пропустил мою поисковую сеть через себя, в результате я его не заметала, и так хорошо приложил меня чем–то, что если бы не простенький щит, то…, а так я просто полетела вверх тормашками и больно приложилась о землю и ствол дерева. На несколько секунд потеряла сознание от удара. Смутно помню Марину толстую попку перед моим лицом и злобный лай.
Пришла в себя от прикосновения чего–то теплого и влажного. Открываю глаза. Передо мной сидит Мара нежно улыбается и скулит от радости. Пытаюсь сесть, получилось. Теперь надо позаботиться о своем здоровье. Плетения от синяков и ушибов я со времен занятий в Злых Камнях делаю на автомате, плохо то, что нитей на него надо много, а их у меня почти не осталось…. Что не ушло на защиту, то сорвало магической бурей или скорее цунами, но на пару плетений хватит.
— Мара, что тут произошло?
— Меня злые люди поймали в сеть. Жуткая штука, все силы выпила, но я ее ррразорррвала и выбрррралась. Если бы по дороге к тебе, кого–то не добила, то защиту от мерзкого мага, что на тебя напал, поставить не получилось бы… И все равно, пришлось тебя грудью защищать…
— Скорее попой… А куда он потом делся?
— Понял, что до тебя ему не добраться, вытащил из кустов магиню, которую ты сестрой достала, и уволок ее.
— Куда?
— Туда… У них там варги были, только он их всех с собой увел…
С варгами потом разберусь… Вряд ли он их всех с собой заберет, скорее всего, где–то бросит, а у нас свои есть.
— Наших варгов больше не–е–ет, — поправляет меня Мара.
— А куда они делись? Убежали?
— Нет, от них там только куча мяса осталась…. Они под волну попали….
— А–а–а–а… — ничего не понимаю. — А спутники мои где?
— Рыжая, там… — Мара машет головой в сторону бревна. — И Дик с ней, а Одрика я полянке оставила.
До полянки далеко, поэтому сперва Торкана. Откапываю девушку из–под груды наваленных на нее веток. Она без сознания, беру ее за запястье.
— Дик, что с ней?
— Ничего страшного, сломана рука. Дура, другая!… Надо бы шину наложить, синяки, ссадины, магическое истощение. В общем, ничего страшного.
— Перелом какой? Закрытый или открытый?
— Закрытый.
— Упал, очнулся — гипс… А почему она без сознания?
— А пока ты ей руку не вправишь, я ее так подержу. А то будет кричать, сопротивляться, плакать, а я женские слезы с трудом выношу.
— Дик, а что это было?
— А это когда ты ее через бревно кинула, она на руку неудачно приземлилась.
— Да нет, что потом такое долбануло?
— А это была волна чистой магии. Редкое явление…
— А откуда она вязалась? Это такое природное явление?
— Ну, можно сказать и так… Похожие волны возникают, когда кто–то не может удержать в себе то, что зачерпнул из источника, но они существенно меньше… Или на разрядку артефакта накопителя большой мощности. Военные такие используют.
— И что может еще одна волна прийти?
— Это вряд ли… Откуда? — Тогда, откуда эта волна взялась можно выяснить и потом.
Переломы мне пока лечить не приходилось, но что–то там вспоминается… Надо наложить шину и зафиксировать руку… Вот подходящие для шины веточки, чуть укорачиваю их сестрой, надеюсь она мне такое отношение простит. А еще надо руку чем–то зафиксировать, а чем?
— Мара, найди, пожалуйста, и принеси наши вещи…
— Несу, несу…
В вещах запасливой Торканы нашелся красивый платок. Вот на него я руку и подвешу. Теперь самое сложное: совместить вместе кости, и желательно правильно. И все это без рентгена!