— Все хватит, — наконец сжалился Учитель. — Продолжим завтра. Хоть магию черпать научился, и то хорошо. Жарко уже, давай купайся и бегом домой, обедать пора. Это я могу без воды и пищи, а тебе нужно быть в форме. Я за твое здоровье отвечаю перед Хозяевами, и кто знает, перед кем еще….
Проснулась на рассвете от жуткой жажды деятельности, потихоньку выбралась из огромной кровати и побежала на пробежку. Сделала пару кругов вокруг усадьбы, по краю владений, у Одрика участок земли значительно меньше.
Когда я запыхавшаяся прибежала обратно, мой мужчина уже встал и в беспокойстве бегал по дому, и искал меня.
— Анна, ну нельзя же так, я проснулся, а тебя нет. Только твоя жилетка валяется. Ты где была?
— Твои владения осматривала… У меня есть предложение перед завтраком размяться с мечами. У тебя место для тренировок есть?
— Конечно, пойдем, покажу…
Зал для тренировок мне понравился… Большой, светлый, гладкий паркет, куча разного оружия по стенам, а в углу стоят тренировочные деревянные мечи. Полковник подходит к ним.
— Выбирай…
— Нет, дорогой, я деревяшками с тобой махать не буду. Давай устроим тренировочный поединок на интерес…
— Какой? — Сейн смотрит на меня подозрительно.
— Ну, например… Кто проиграет, тот сегодня вечером будет выполнять все сексуальные желания другого. — Я смотрю на своего мужчину, улыбаюсь и плотоядно облизываюсь…. Ему этот приз нравится еще больше…
— Согласен. Берни! — На пороге немедленно появляется адъютант. — Берни, принеси мне мой меч, он кажется в кабинете.
Пока Берни ходит туда, сюда, мы с полковником не сговариваясь начинам разминаться. Упражнения в разминке у нас очень похожие и делаем мы их почти синхронно. Берни приносит полковнику его меч и застывает на пороге, открыв рот.
— Берни, будешь судьей. Ну, что дорогая, приступим?
— Как скажешь дорогой. Я уже придумала, что от тебя вечером потребовать…
— Я тоже…
— Тогда еще одну минутку, я накину на нас защиту, чтобы мы не покалечились случайно.
Устанавливаю защиту и беру сестер в руки. Мы вместе, мы Едины, больше нет меня, есть только мы и противник.
— Начали.
Полковник не зря прожил все эти годы, он тренировался почти каждый день и в реальных схватках тоже участвовал, и учился владеть мечом не только в зале на паркете. Я поняла это через пару минут, когда он не особенно стесняясь, стал применять разные хитрые и весьма подлые приемы. Первый раз это был удар кулаком по спине, я здорово сбила дыхание и чуть не пропустила следующий удар. Потом был подлый толчок под правую коленку, пришлось уйти перекатом. На третьей подлянке я сдалась, а как не сдаться, если тебя хватают и целуют. Сестры были в восторге, еще бы мы же не еще разъединилась, и целовал он по сути нас троих. Интересно, что он при этом ощущал?
Берни хмыкнул и ушел, и вовремя, и не видел, как и мне и полковнику стало плохо, и мы почти одновременно хлопнулись на пол. Но сейн оказался снизу! Сестры выпали из моих рук, и мы, наконец, сумели разъединиться, хотя они не хотели, им понравилось. Через пару минут я и сейн немного пришли в себя.
— И кто из нас победил? — Спрашиваю я.
— Я согласен быть проигравшим.
— Ну, смотри, я тебя за язык не тянула. Пошли, покажешь, где здесь что, и напомни прислуге про завтрак.
Проходя по коридорам, в сторону ванны посмотрела на себя в зеркало… Рубашка грязная, волосы растрепались. Волосы — ерунда, а вот рубашка…
— Мара, мне на прием к Великой идти, сгоняй в трактир, принеси мне синюю шелковую рубашку. И на кровать положи…
Когда мы зашли в нашу спальню, на кровати лежала моя любимая синяя шелковая рубашка. Только она была мятая.
— Дорогой, я воспользуюсь твоей прислугой?
— Конечно, вон колокольчик.
Звоню. Дверь почти сразу распахивается и на пороге появляется довольно симпатичная рыжеволосая девушка, только она очень бледная и под глазами темные круги. Что это с ней? А, все понятно, это та самая Кайте, по которой сох мой женишок и из–за которой я ревновала полковника. Полковник за мной наблюдает…
— Дорогуша, будь добра, погладь мне рубашку. Положи ее потом на кровать. И я еще, я оставлю тут ту, что на мне сейчас, к вечеру постирать и погладить. — Мило улыбаюсь… — Держи.
Девушка берет рубашку и уходит. К тому времени, когда мы с сейном вылезли из ванны, рубашка была поглажена, и вполне даже прилично. В присутствии сейна я придираться не стала, но не все же время он тут будет…
Завтракали на широком балконе с видом на усадьбу Одрика. Лицо моего мужчины, при взгляде на эту усадьбу и вообще при упоминании Одрика больше не перекашивалось, успокоился.
— Анна, а на сегодня у тебя какие планы?
— Скоро визит к Великой, потом хочу заехать в трактир переодеться и пообедать. Пообедать могу с тобой…
— Очень хорошо, я хотел сводить тебя в один маленький ресторанчик. В нем потрясающе готовят грибы. Ты грибы ешь?
— Я все ем, а кроме грибов там еще что–нибудь подают?
— Конечно.
— Хорошо, говори, что за заведение, где находится, и во сколько встречаемся.
— Улица Туманов, ресторан «Приют туманов», через час после полудня.
— Замечательно, вот там и встретимся. А ты сейчас на службу?
— Да, вот мундир одел, а то меня вчера никто в страже не узнавал. Ужинаем опять вместе в городе?
— А вот с ужином в городе я боюсь, не получится. Давай я сразу приеду сюда, а поужинаем в саду. Вкусное варенье, из чего его варили?
— А это местный сорт яблок, они очень–очень мелкие, и совсем без сердцевинки.
— Очень вкусно.
Полковник отправился на службу, а адъютанта оставил мне. У меня есть еще час до встречи с Великой, можно походить по дому, подумать, хорошо бы еще покурить, где–то тут у полковника должны быть вкусные сигары.
По дороге в курительную комнату встретила Кайте, девушка вытирала пыль в одной из комнат. Пока она меня не видит, решила присмотреться поближе и убедиться на счет своих подозрений.
«Ну и где ты там, звезда каравачских новостей? О тебе только догадываться можно, а страсти вокруг кипят нешуточные, Шекспира на тебя нет, чтобы их описать. Дай хоть на тебя взгляну, что ты за чудо такое! О, пацаненок, ногодрыжистый и рукамашистый. И я, кажется, знаю, в кого ты такой! Познакомимся, что ли, малыш?
Уй! Вот паршивец! Отрыжка шур–фурга!»
Знаю, знаю… Нельзя на детей ругаться. Но, то ж на детей, а этот бесенок какой–то! Все, никаких подарков на Зимний поворот тебе не будет!
Зря я надеялась на легкую магическую разминку, расслабилась. И вот, получила… от мелкого пакостника. У–у–у, еще не родился, а уже закрылся от сканирования и мамочку свою закрыл и мне по носу дал, вон даже кровь пошла. Ну, точно, весь в папочку, просто Одрик номер ДВА, такой же упертый… Обрадовать мне женишка или нет? Нет, говорить прямо не буду, никаких доказательств у меня нет, кроме моего компетентного мнения. Но намекнуть стоит, пусть сходит и помирится с девушкой, а там пусть она сама ему все расскажет, или не расскажет, это должно быть ее решение. И вообще, пусть сами разбираются, я тут не причем.
Села в кресло в курительной комнате, надо кровь из носа унять и решить, как добираться до усадьбы, что сняла Великая, причем вовремя и с шиком.
— Мара, нам с тобой скоро на аудиенцию. Как до места добираться будем?
— А какие варианты?
— Первый, взять варга у полковника, но не хотелось бы, его потом надо будет возвращать и вообще не хотелось бы, это банально. Вариант два, оседлать тебя, это не понравится тебе.
— Да, не люблю я быть под седлом.
— Вариант три… ты переместишь меня, как вчера девушку. И прямо к Великой… Вот будет здорово… Сразу всю игру ей поломаем. Перемещаться так… не очень опасно?
— Да нет, я выросла и уже потренировалась на девушке. А куда перемещаться будем?
— Не знаю посмотреть надо. Ну–ка покажи мне усадьбу, третью отсюда в сторону города. Вроде она… теперь пошукай по комнатам, ищи рыжеволосую женщину средних лет. Не мельтеши так… помедленней.