— Достижение пика сладострастия?
Толстенький маг фыркает, в зале еле сдерживаемый смех.
— Нет. Зачатие, гарантированное зачатие! Причем, не важно, есть ли на ком–либо из парочки в этот момент предохраняющее плетение, или нет, пила женщина что–либо из обычных аптечных средств, или нет. Если женщина и мужчина в этот момент, по своему природному состоянию, в принципе, готовы к зачатию, и мужчина э–э–э… кое на что способен, то зачатие гарантированно состоится.
— А эти «стрелы» можно как–то обнаружить?
— В том–то и прелесть, что нет. Один из артефактов активируется в момент …
— Вот мы и дошли до самого интересного! — прилетела колкость из зала. — Может быть, осведомленный асса расскажет нам, на что конкретно должен быть способен мужчина? — Несколько смеющихся голосов поддержали реплику. Толстенький маг оскорблено замолчал.
— Господа! — повысил голос председатель, — я считал, что на собрании присутствуют серьезные уважаемые люди, которые отдают себе отчет в важности нашего общего дела. Я думаю, что должны позволить коллеге довести свою речь до конца. Надеюсь на ваше понимание.
— Итак, — продолжил артефактор, — обращаю ваше внимание, даже если в заданном месте присутствуют несколько «стрел», единовременно срабатывает только одна. Остальные ждут своей очереди, при необходимости. Здесь мы наблюдаем явление группового взаимодействия артефактов, что бывает крайне редко, что говорит о безусловном таланте их создательницы. В каком–то смысле «стрела» действительно совершенна. Она прекрасно закамуфлирована, ее невозможно отличить от простой бытовой булавки. Одна из них активируется в нужный момент…, и обеспечивает необходимый результат.
— Асса, вы назвались специалистом, мы все здесь люди взрослые. У всех супруги, дети, у некоторых даже внуки. Мы все–таки услышим, в какой ИМЕННО момент активируется артефакт?!
Артефактор мялся, вздыхал, но постарался подобрать слова.
— Когда из мужского вулкана страсти извергается поток живительных искр в потаенное лоно женщины, то «стрела» неминуемо доставляет одну из искр в центр ее вожделенной мишени.
Некто в зале захлопал, потом к аплодисментам присоединились и другие собравшиеся.
— Поздравляю, асса! — раздался голос все того же остряка, — Это было великолепно! А вы боялись…. Вам удалось так образно донести смысл, у меня бы так ни за что не получилось, без мата… Продолжайте, просим… просим!
— «Стрела Мураны» даже отодвинет противозачаточные плетения и гарантированно обеспечит попадание…., — артефактор снова замялся.
— Да мы поняли, поняли уже все, — давился от проглатываемого смеха шутник, — Асса, что там дальше было?
— Считаю необходимым заметить, что «стрелу» не обязательно извлекать после активации. Она становится просто бытовым предметом, магия в ней исчезает бесследно. И еще интересно, что она ставит защиту плода в чреве. Поэтому магические или физические действия по избавлению от плода, полученного с помощью «стрелы» провести не получится.
— Во, зверская штука! Этот артефакт конечно же запретили?
— Нет, он не запрещен, просто его не могут повторить… Если кому–то интересно, то есть даже специальная премия, и очень большая, тому, кто сможет повторить или сотворить новый артефакт с похожими свойствами. Поэтому все существующие «стрелы» находятся строго под учетом в сокровищнице. С ними одна проблема… в свое время часть «стрел» были подменены на портновские булавки, на которые «стрелы» похожи, как две капли воды. А отличить их от настоящих, до мгновения их активации, никак нельзя, а после активации уже поздно. Могу поспорить, что господин председатель, тоже отсыпал «стрел» и подменил их булавками, чтобы никто не узнал о пропаже. Поэтому сколько тут перед нами настоящих артефактов, а сколько просто булавок, к сожалению, не знает никто.
— И что теперь делать?
— Надеяться, что у нашего председателя легкая рука, и он вытащил из коробочки с артефактами хоть один настоящий.
Все заворожено смотрят на стол.
— Да, сильна была асса…
— Так, что вы там господин председатель, предлагаете?
Председатель опять вышел ближе к свету единственной свечи…
— Наш агент, который находится в постоянном контакте с девицей аль Зетеринг, воткнет эти «стрелы» в ложе, где парочка предается своим любовным утехам. После чего, нам останется только подождать…
Одобрительный гул в зале…
— Изящное решение! — И одобрительные аплодисменты.
Председатель, чуть поклонился, собрал со стола драгоценные булавки — «Стрелы Мураны» или как они еще назывались «Скрещенные стрелы», в коробочку, и продолжил:
— Если по этому внеочередному пункту повестки дня возражений нет, — Он на несколько секунд замолчал, ожидая возражений, но их не последовало, — то переходим к первому пункту объявленной повестки дня…
— Господин председатель, а как же Лиана? Вы что уже списали мою девочку со счетов?
Председатель всем своим видом, попытался показать, как ему надоел этот вопрос и задавшая его ведьма, но ответить пришлось…
— Что вы, что вы… Просто нельзя класть все яйца в одну корзину. Если Ваша дочь появится, мы тут же продолжим выполнение всех обговоренных с вами и утвержденных на наших заседаниях планов. Но в ее отсутствие мы должны подстраховаться… Вы же понимаете?
Асса Геленгейра обиженно зашипела, и председатель незаметно активировал амулет от дурного глаза и порчи, что впрочем сделали и большинство членов ложи… Уж очень скверная была репутация у мамочки «надежды радужной ложи», и попасть под проклятие никто не хотел. Сама асса Галенгейра большой магической силой не отличалась, пятый уровень, но ее проклятия, особенно сказанные по злобе, уже давно вошли в легенды. Вот так попадешься ненароком на язык злобной ведьме, а потом придется долго лечиться и снимать проклятие, а и то и другое денег стоит.
Поздним утром 28 Щедринца асса Тадиринг открыл дверь в кабинет полковника в здании Тайной стражи, и к своему удивлению увидел за его столом ассу Вордера, сосредоточенно что–то писавшего.
— А где полковник? — Спросил асса Тадиринг удивленно.
— Дома. Сказал, чтобы если что очень и очень срочное, то пусть его ищут там.
— Он что опять заболел?
Асса Вордер как–то странно передернул плечами и состроил столь же непонятную гримасу.
— Не знаю, но с головой у него точно не все в порядке. — И он продолжил написание рапорта.
Любопытство, как известно, один из самых больших пороков, и большинство магов ему очень и очень подвержены. Поэтому асса Тадиринг, тут же выбежал из казармы, взял извозчика и направился за город в район богатых усадеб.
Дверь в дом сейна Калларинга, ему открыл мрачный Берни.
— Добрый день асса, сейн сегодня никого не принимает.
— Совсем никого?
— Совсем. И не советую его отвлекать.
— И чем же он таким занят?
— Он отдыхает.
— Берни, если он отдыхает, то он будет рад меня видеть…
— Извините, асса, но я в этом сомневаюсь.
— И все же на правах старого друга, я настаиваю на том, чтобы повидать сейна.
— Ну, если все последствия вы берете на себя, то проходите, — почему–то немного мстительно сказал адъютант. — Они в саду у фонтана. Дорогу вы знаете…
Берни пропустил мага в дом и махнул рукой в сторону выхода в сад, а сам неспешной походкой удалился по направлению к кухне.
Все эти недомолвки настолько заинтересовало мага, что он быстрым шагом бросился в сад. Раньше, шесть лет назад, сад усадьбы Дьо–Магро, был образцом для всех местных сейнов. За ним смотрели пять садовников, а какие тут росли цветы…. Сейчас сад производил немного мрачное впечатление. На дорожках пробивалась трава, кусты заросли, а от цветников давно уже ничего не осталось.
«Фонтан… Какой фонтан имел в виду Берни? Как мне помнится в саду их два, один большой, я мимо него уже прошел, он не работает. И был еще маленький, а где? Вот старость! Не помню… сейчас налево? Или направо? Нет, все же налево.»