— Можно.
— Наедине… — Юммит хмыкает и отходит в сторону, наемник–то не знает насколько чуток слух у оборотня. Думаю ставить полог от прослушивания или не ставить? Но привычка вторая натура и пока я думаю, руки уже привычно плетут вязь узелков. Теперь нас никто не услышит…
— Так что Вам надо?
— Асса Анна, я по поводу своего предложения о проводке купеческого каравана из Каравача в Союз…
— А–а–а… — Сижу на мешке и почесываю нос, после пыльного портала очень хочется чихать…, и маленькими глоточками пью воду из фляжки.
Деньги они лишними не бывают, но соваться в природный портал только из–за денег мне бы не хотелось… уж очень там страшно, как вспомню эти шаги за спиной, так сразу писать хочется. Но мне скоро должны прислать договор, и тогда придется идти по порталу в Ерт, а если все равно придется идти, то почему бы на этом еще и не заработать немножко?
— Ерт…
— Простите не понял?
— Я на днях собираюсь в Ерт, через день или два. Если есть желающие, то я проведу караван туда. Цена — половина стоимости груза. Если кто будет без груза, то пять золотых с человека. Наркотики исключаются. Всем иметь при себе шарф, чтобы замотаться как при пыльной буре, и иметь ткань, чтобы замотать головы варгам. Никаких телег и повозок, все грузить только на спины животным. Отправляемся отсюда, а когда — узнать можно будет в трактире у отступника Джурга. Ждать никого не буду, если сказано в полдень, то явиться нужно за час, это значит что в полдень и ни на минуту позже тут уже никого не будет. Понятно?
— Да.
— Особо об этом не трезвонь, если мне покажется что что–то не так, я все отменю. Людей подбирай надежных и не болтливых. Понятно?
— Да. А обратно?
— Что обратно?
— Вы обратно в Каравач же возвращаться будете?
— Буду, но не знаю когда, поэтому на это могут не рассчитывать, я не знаю когда я обратно, может в тот же день, может через три дня…
— Понятно. Можно идти?
— Иди… — да и нам пора, — Юммит, бери мешки, пошли…
Мы заходим за угол и входим в плотный черный туман, пара шагов и мы уже опять в коридоре трактира Джурга. Юммит прощается со мной и уходит, прихватив мешки, а я иду в свой номер, мне надо срочно привести себя в порядок, а то я вся в пыли и паутине.
Вечер с полковником удался на славу… Поужинали, потанцевали, послушали менестреля, местную знаменитость, мне не понравилось, но в общем было мило.
Сегодня полковник Калларинг пришел на службу в прекрасном настроении, он даже не устроил разнос лейтенантам на утреннем совещании, а было за что… Он словно не слышал половины рапортов, и подчиненные ставили, на сколько же времени хватит этого звездного настроения. Хватило ровно до доклада из криминального отдела.
— Почему мне не доложили сразу? Семь трупов… два ссохшихся, два вообще не понятно почему умерли и ни одного поднять нельзя! Вы что не могли вызвать ассу Вордера?!? Почему я узнаю об этот только сегодня? — Кричал полковник на начальника криминального отдела.
— Господин полковник трупы были обнаружены поздним вечером, закончили с составлением протоколов и попытками поднятия только под утро… К ассе Вордеру направили посыльного, но тот его выслушал и сказал, что ничего сделать уже не сможет, поздно. Следов нет, гроза все смыла. А вас не нашли…
— Асса Вордер!
— Да, господин полковник, ничего сделать было нельзя, коллега все сделал правильно. Просто кто–то очень хорошо замел все следы. Я думаю, что и гроза была вызвана именно для этого — для заметания следов.
— Что по трупам? Удалось кого–нибудь опознать?
— Да опознаны пятеро наемников… Занимались разным криминалом — слежкой, охраной, сбором сведений, наводкой, возможно разбоем, в легионе не состояли, но активно сотрудничали… В общем, мелкие пакостники.
— А еще двое?
— Тут сложнее… трупы высохли до состояния… э–э–э… в общем рассыпаются при малейшем прикосновении… Один труп на чердаке — этот нашли сразу. Другой вычислили по положению арбалетных болтов. Он висел за забором на дереве, уже на территории центрального храма всех богов, пришлось побеспокоить жрецов… — лицо докладчика перекосило, — возле обоих трупов обнаружены арбалеты. На чердаке даже два и на обоих следы такой убойной магии, что… асса Вордер. Это вы лучше расскажете…
Маг вздохнул, и пояснил:
— На арбалетах и перчатке трупа с чердака действительно обнаружены следы магии. И, судя по следам, там было применено что–то из арсенала некромантии высочайшего уровня. Мне такой уровень и не снился… Я даже вначале подумал, что это что–то из арсенала сокровищницы совета магов.
— А что это возможно?
— Да как вам сказать… По следам ничего точно сказать нельзя…
— Это в кого же они стреляли? — Задумчиво поинтересовался полковник.
Тут опять взял слово начальник криминального отдела:
— Это неизвестно. Ясно одно, он выжил и прикончил всех наемников и стрелков. Хотя по поводу наемников есть некоторые сомнения, двоих точно прикончили сзади. Так что у жертвы нападения были союзники или же он был не один.
— А меня больше всего волнует, как эту гадость, что была в арбалетах сумели привезти в Каравач? — Задал вопрос асса Вордер. — Как они сумели протащить это через портал?
Полковник грозно посмотрел на лейтенанта ответственного за охрану магического портала.
— Господин полковник… Проверка магических артефактов входит в компетенцию круга магов портала…, а они подчиняются Совету магов и проходят по ведомству Союза.
— Да, я помню… А что вы по этому поводу думаете?
Лейтенант замялся…
— Я думаю, что это было доставлено сюда с ведома, по крайней мере, главы магического круга портала.
— Вы подозреваете, что ему дали взятку?
— Нет, нет… я думаю, что ему приказали это пропустить…
— Это уже хуже… — Задумчиво проговорил полковник, кривя рот.
— А не связано ли это с жалобой эльфийского консула?
— Какой жалобой? — Тут же сделал стойку полковник. — Почему не доложили?
— А чего докладывать–то жалоба у вас на столе еще позавчера лежала…
А позавчера полковника на службе не было…
— И что в ней? — поинтересовался полковник.
— Да, все как всегда… Пропал один из эльфов, вроде как за него требуют выкуп, да разве же в жалобе ушастых что–нибудь поймешь? — Полковник поморщился.
Да с этим были проблемы. Сколько лет он работал в Тайной страже, а жалобы эльфов и их претензии в письменном виде до сих пор разбирал с трудом. Столько в них было цветистых фраз, непонятных сравнений и прочей словесной шелухи, это еще ничего, если не обращать внимания на завитушки в буквах, из–за которых чтение превращалось в расшифровку секретных посланий.
— Так что с эльфом? — Все же уточнил полковник.
— Был эльф и нет его… В лавке, он красками, кистями и прочим торговал, полный порядок. Дома его нет, никто и нигде его уже пару суток не видел… Но эльфы же такой народ, что сутки — это не срок… Он мог и сам куда–нибудь забрести или любовь закрутить… Эльфы… — и начальник отдела розыска развел руками….
— Если сам пропал, то найдется, а если до завтра не появится, то приступайте к полноценному розыску. Видимость, по крайней мере, создайте, чтоб ушастые не жаловались… — Принял решение полковник. — К этим трупам исчезновение эльфа вряд ли имеет какое–нибудь отношение… Раз от трупов никакого толку, то их в храм и погребение за счет города. И раз пострадавших и жалоб нет — дело закрываем.
— Вот и славно… — согласился начальник криминального отдела. — Моим людям и без них есть чем заниматься.
— Вот и займитесь…, а то ворья развелось… — Проворчал полковник.
— Так ведь ярмарка… она скоро закончится и будет спокойно.
На этом утреннее совещание закончилось…
В дверь постучали… Торкана ждала Одрика, вчера они на цирковое представление так и не попали, и решили пойти сегодня. С утра она забежала к портному, ее платье из паутинного полотна было готово. Портной не очень мудрил с фасоном, простая туника прекрасно смотрелась на тонкой фигуре девушки. Все было прекрасно, если бы не одна загвоздка, платье было жемчужно–белым, а Торкане положено иметь хоть что–то красное. Выручила ярмарка, там нашелся ярко–красный бисерный пояс, который чудно смотрелся на ее талии.