Я должна что-то почувствовать, услышав это. Срочность, от которой глаза моей тети расширяются, несмотря на отек. На данный момент я не могу выдавить из себя даже удивление.
— Если что?
— Если мы не заплатим ему пятьдесят штук. Те пятьдесят штук, на которые этот козел набрал наркотиков и смылся.
В груди становится холодно, отвращение оседает в глубине желудка.
— Он вернется... через три дня, чтобы забрать их, — тревога в ее голосе не свойственна тете Мидж. С какими бы финансовыми трудностями мы ни сталкивались, у нее всегда был план или вера в то, что всё образуется. Кем бы ни был этот парень, он напугал ее до смерти. — Он говорит, если у меня их не будет, он убьет и Дженни, и меня.
— Кто? Кто вернется?
— Его звали Франко. Франко Скар-как-то там. О боже, он вернется.
Гнев сотрясает мои стиснутые зубы.
— Это... вот почему я говорила. Ты не можешь помочь ей, тетя Мидж. Она гребаная ходячая катастрофа!
— Я не хотела видеть, как ей делают больно, Иса. Она моя сестра.
Холодные волны шока оставляют мое тело онемевшим. Логика, в которой я отчаянно нуждаюсь, чтобы вытащить нас из этого дерьма, подавлена напряжением, сдавливающим мозг. Я наклоняю голову, чтобы привлечь ее внимание.
— Мы должны пойти в полицию. Слышишь меня? Мы должны заявить об этом.
— Нет! — пальцы ее здоровой руки впиваются в мое предплечье, вонзаясь в кожу. — Никакой полиции! Он сказал, что она умрет долгой и мучительной смертью, если мы пойдем в полицию.
— Тетя Мидж, это преступник. Из Роксбери. Это не какой-то местный соседский пацан, угрожающий тебе. Мы должны что-то сделать! Если он вернется... — мои слова обрываются, соскальзывая с языка, когда мысль о ком-то, кто вернется за ней, сжимает мою грудь и превращает ее в комок горькой ненависти. Ненависти к моей матери. — Она это сделала. Это ее проблема, не наша.
— Я не позволю им убить мою сестру.
Я никогда не пойму это чувство верности моей тети по отношению к ней. Почему, несмотря на всё, что моя мать сделала, тетя Мидж продолжает делать для нее что угодно. Несмотря на риск.
Впрочем, это неважно. Как девчонка с улиц, я в любом случае никогда не питала особого доверия к полиции. Особенно к местной. Здесь просто не сталкиваются с подобными вещами, а с учетом того, что замешана моя сторчавшаяся мать, я сомневаюсь, что они воспримут это всерьез. Я рискну предположить, что худшее дело, которое видели копы Темпест-Коув, — это, вероятно, когда кто-то украл металлоискатель старика Мерфи из его сарая.
От наркодилера из Роксбери у них голова пойдет кругом.
Кроме того, трудно знать, кто может быть на зарплате у этого Франко. Может, он ожидает, что мы пойдем к копам. Может, он с ними в доле. Я беспокоюсь не столько за мать, сколько за тетю Мидж. Она этого не заслуживает.
— Мы во всем разберемся. Не волнуйся.
— У нас нет таких денег, Иса, — её губа снова дрожит. — Я не смогу достать такие деньги за год, не говоря уже о трех днях.
В гуще всей этой неразберихи, кружащейся в моей голове, всплывает мысль. Разговор, который состоялся у меня с Лаурой неделю назад. Кукла.
Та самая, которая, по ее словам, стоила больше трехсот штук. Достаточно маленькая, чтобы я могла спрятать ее под рубашкой так, чтобы никто не заметил, включая Лауру. Черт, она ведь даже забыла, что эта вещь у нее есть.
Я не представляю, как прошу стакан воды у такого сурового человека, как Люциан, не говоря уже о пятидесяти штуках. И что я ему скажу? Это на выплату долга наркодилеру за дружка-наркомана моей матери, который сбежал из города? Он, скорее всего, отмахнется от меня, как от назойливой мухи, и пошлет к черту.
— Как я и сказала. Мы что-нибудь придумаем. Не волнуйся.
После того, как я помогла ей сесть в машину, я везу тетю Мидж в отделение скорой помощи, слушая, как она жалуется на стодолларовую франшизу, которую ей придется заплатить сверх тех пятидесяти штук, которые нам теперь нужно выложить.
Спустя три часа ее пальцы вправлены и зафиксированы шиной. Когда доктор спросил ее, тетя Мидж ответила, что раздробила пальцы, пытаясь в одиночку передвинуть комод. Паршивая ложь, но я не стала оспаривать ее версию.
К тому времени как мы возвращаемся домой, уже полдень. Макаио скоро приедет, чтобы отвезти меня обратно к Блэкторнам, и как бы мне ни не хотелось оставлять тетю Мидж одну сегодня вечером, мне нужно время, чтобы стащить куклу и найти место, где ее заложить. Я даже не знаю, с чего начать, но на данный момент это единственный план, который у меня есть. Единственный, который может гарантировать, что Франко Скар-как-то там не вернется с жаждой крови.