— Основная ударная сила у нас — Кирюша. Я так, на подхвате.
— Ты, гранд стихий, на подхвате? — Йоко остановилась и внимательно посмотрела на Смирнова. — Я знаю, что такое «не раскрывать все карты» и, если ты откажешься, я пойму.
— Брось. — Кирилл небрежно взмахнул рукой. — Сейчас это уже неважно.
Они прошли через сад и вышли на набережную откуда открывался вид на океан. Сзади дворца, поднимались горы, а между ними и берегом шла широкая автострада.
Рядом стояли машины технической группы, а на боку одного из микроавтобусов висел большой экран, на котором вели трансляцию с фронта волны выглядевшей пока как небольшое вздутие на поверхности воды.
— Сейчас скорость волны примерно пятьсот километров в час. Ближе к берегу скорость упадёт, но высота поднимется, и вот конкретно эта серия волн может достичь ста метров, и скорее всего нанесёт Японии невосполнимый ущерб. — Йоко встала лицом к океану и не отрываясь смотрела вдаль.
Кирилл видел, как на дороге вдоль побережья останавливаются автобусы, и из них выходят женщины и мужчины в национальных одеждах, распределяясь вдоль ограждения, раскладывая небольшие коврики и садятся лицом к океану.
— Адепты воды. — Негромко пояснила Елена. — Если синхронно поднимут щит, он очень сильно ослабит удар волны, и уменьшит разрушения. Но сами конечно погибнут.
Кирилл перевёл взгляд на экран, и заинтересовавшись подошёл ближе.
— Этот кусок увеличить. — Он ткнул пальцем в экран. В ту же секунду за его спиной Елена почти пролаяла команду на японском, и когда оператор рывком увеличил участок, Кирилл увидел небольшой «лишний» горб на поверхности.
— Заведи аэробот вертикально сверху!
Елена снова перевела, камера снизилась почти до самой воды, и там в глубине мелькнуло что-то тёмное а через секунду всплеск волны сбил аэробот уронив его в воду. Тот какое-то время продолжал показывать картинку и стало видно, что там, в глубине волны, действительно что-то тёмное и огромное.
— Исонадэ[1]! — Крикнул, вскочив оператор, но в ту же секунду Йоко так на него посмотрела, то тот сразу уменьшился в размерах, плюхнулся в кресло и вжал голову в плечи.
— Это так они называют огромного духа воды, убивающего людей. — Пояснила Елена.
— Возможно они не так уж и неправы. — Кирилл словно плеснул ветром под ноги, и шагнул на «воздушный щит» — Поскучай тут без меня, а я посмотрю кто там такой умный.
— Я буду ждать негромко произнесла Елена, и Кирилл в облаке воздушных вихрей взвился в воздух, поднимаясь словно зенитная ракета.
Контроль воздуха у него поднялся до уровня архимагистра, что в принципе позволяло ему летать вообще без технических средств, но над Москвой такие полёты запрещены, а далеко лететь неудобно. А вот так, подскочить километров на триста — пятьсот вполне возможно. Тем боле что аэроцикл или что-то подобное в этой ситуации куда более опасно. Можно запросто уйти на дно вместе с техникой.
Через полчаса он увидел вздутие на поверхности и сделав круг уравнял скорости на высоте в триста метров, откуда ясно просматривалось тёмное нечто в глубине. Кирилл сразу определил тень как чудовищно отожравшегося огромного элементаля воды, как видно решившего сменить диетическое питание из рыб и редких утопленников на жирный пир из тысяч смертей.
Кирилл чуть снизился, когда из глубины ударило длинное щупальце, попытавшись схватить его, но получив «облаком льда» превратилось в сверкающий монолит и с хрустом подломившись, обрушилось в воду.
Созданное Кириллом «Воздушное копьё» внутри которого находился свёрнутый узор «тяжёлого льда» а внутри него ещё и «искра чистой энергии» ухнула в воду почти без всплеска и словно торпеда унеслась на глубину.
Убийство такой твари, совсем непростая задача, и Кирилл был уверен, что ни Йоко ни Елена с этим не справятся. У элементаля вообще нет органа или критической точки в теле. Но Кирилл именно это знал очень неплохо, так как из больших элементалей получались самые мощные взрывные устройства по уровню вполне как термоядерные, но несравненно меньше в размерах.
А как раз недавно, Кирилл, задумался о наличии в арсенале чего-то более существенного чем вложенные узоры. И для этого такой вот разжиревший элементаль годился лучше всего. Поэтому Кирилл бил аккуратно, но сильно, словно откалывая от тела куски, превращая их в пар и дым.