Воздух над позицией резко и удушливо пахнул болотом, гнилью и плесенью — такой концентрированной, что даже через фильтры показалось, будто кто-то распахнул дверь в вековой склеп. Но хорошо начавший своё восхождение в небо бого-лич уже не взлетал, а падал. Всё так же с рёвом, переходящим в хрип, он рухнул вниз и, ударившись о твёрдую, словно каменную, почву буферного мира, вмял её на десяток метров в глубину, сам превращаясь в гору крупных и мелких обломков — кусков хитина, мяса, костяных пластин.
Останки босса брызнули во все стороны жидким концентратом некротической маны. Чёрно-зелёные, маслянистые потоки разошлись по округе, затопили низины, моментально пропитывая собой весь рельеф в радиусе нескольких километров. Датчики зашкалили, на экранах поползли кривые.
Но ни один человек не пострадал. Все живые находились слишком далеко, за защитным периметром, под прикрытием техники и фильтров. Некрополис нулевого уровня перестал существовать как объект. И в напряжённой тишине штаба кто-то выдохнул:
— Заморили червячка.
Несмотря на то, что военные активно уговаривали его, присоединится к банкету, Кирилл со всей возможной вежливостью откланялся, и переместившись прямо к себе в спальню, сбросил одежду на пол, и часа полтора отмокал в воде, а после вполз на кровать и выключился, проспав трое суток.
Когда очнулся, за окном едва рассветало, а организм настойчиво требовал смены технических жидкостей и пополнения расходников. И пришлось принимать достойный вид чтобы перейти телепортом в Форт-Артур, где уже давно был день, и позавтракав в ресторане с видом на залив, возвращаться в Москву, чтобы начать разгребать почту.
А её навалилось какое-то сумасшедшее количество.
Ассистент сделал большую часть работы рассортировав письма по видам: просьбы, журналисты, девушки и так далее. На письма девиц существовал шаблон ответа, и Кирилл, пометив их все галочкой, предоставил ассистенту упражняться в эпистолярном творчестве.
Туда же ушли все просьбы, а собственно прочтения и какой-то осмысленной реакции удостоились лишь официальные письма. От мэрии Геленджика о работах по реконструкции шоссе, и отчуждении у его участка, метра вдоль всего забора поверху участка, от подмосковного лесничества с предупреждением о мелких хищниках, заражённых бешенством и приглашение на награждение в Георгиевский зал Кремля через неделю.
Зачистка буферного мира, получившего официальное имя Навь, продолжалась. Но теперь она уже не походила на первые, лихорадочные и временами отчаянные месяцы войны. Линия фронта растворилась. Вместо непрерывных боёв и ударов, началась совсем другая работа — поисковая, вязкая, изматывающая, требующая терпения, а не только силы.
Крупные некрополисы уничтожены, бого‑лич мёртв, ульи высших категорий — выжжены и развалены до основания. Но Навь не стала от этого сразу безопасной. Мелкие некротвари по‑прежнему шастали по миру, словно жирные мухи по давно зарубленной туше. Они вылезали из трещин, из старых ходов, из каких-то забытых щелей, цепляясь за остатки некроманы. Иногда отдельные твари проваливались в стихийные порталы и выпадали на Землю — в подвалах, на окраинах городов, в заброшенных посёлках, в глухой тайге. Каждый такой случай становился напоминанием о том, что война ещё не отгорела полностью и угли продолжают пламенеть.
К счастью, число выбросов постепенно падало и уже близилось к «естественному фону» — тому, что человечество привыкло считать нормой в том числе и редкие некроты, поднимающиеся на Земле от природных флуктуаций эфира и периодически попадающие в сводки спецслужб. Мир возвращался к привычной странной нормальности — просто та нормальность теперь включала в себя существование ещё одного мира рядом.
Но военные не спешили успокаиваться. Они продолжали держать всю Навь под непрерывным наблюдением. В небе по-прежнему висели аэроботы, работали воздушные патрули, а их датчики тщательно вылавливали каждый всплеск некроманы и аномальный шорох эфира. На любой серьёзный всплеск тут же вылетали тревожные группы — проверять, добивать, зачищать, не давая Нави снова превратится в мир мёртвых.
И вместе с тем, очень быстро выяснилось, что кроме некротварей появилась ещё одна забота. Пришлось взять на себя функцию спасения… людей. Обычных граждан Земли, которым не повезло провалиться в стихийный портал.