— Я понимаю. — пожал плечами я. — Не думаю, что тот, кто здесь всем заправляет, такой же идиот, как этот Ролаф. Так что мы с ним как-нибудь найдём общий язык.
Фигура этого загадочного Управителя, которого тут за все эти дни так ни разу не назвали даже по имени, хотя он всего лишь глава деревни, меня откровенно интересует.
Не потому что я уже что-то там возомнил о себе и хочу иметь с ним какие-то дела, нет. Просто в таких небольших поселениях очень многое зависит от личности их главы. И, если я хочу решить здесь свои проблемы — со Старшими, с Ролафом, с помощью Эльмее — лучше иметь хорошие отношения с таким весомым человеком.
Хотя я понятия не имею, что ему вообще может быть от меня нужно. Да и Камилла тоже — мы говорили с ней об этом, и через знакомых ей это выяснить тоже не удалось. Она вообще старалась упоминать Управителя пореже и говорить о нём как-то вскользь. Не знаю уж, почему. Трусихой мать Авия точно не выглядит.
— Мам, сейчас не об этом. — беру инициативу разговора в свои руки. — Мне нужно срочно кое-что с тобой обсудить.
Сказав это, без особого труда встаю с постели. Да, всё тело заметно ломит — но за прошедшую неделю постоянных тренировок я, честно говоря, немного уже привык.
Главное — сила, вот она! Ещё вчера я был калекой, едва начавшим ходить. А теперь — просто слабый и совершенно нетренированный человек. Откровенно говоря, на Земле с такой комплекцией я бы уже не испытывал больших проблем.
Миллионы живут так, просиживая штаны в офисах и напрочь игнорируя даже малейшую нагрузку, и ничего, спокойно доживают до своего инсульта лет в шестьдесят.
Но не здесь. Здесь, где крепкие ребята орудуют мечами, а перед глазами неумолимо висит шкала Закалки Тела, напоминая, что это — только первая ступень — я просто не могу ограничиться достигнутым.
Однако, для того, чтобы мой путь не оборвался на старте, нужно помочь Эльмее, сдержав клятву, и как-то избежать обещанной смерти через три дня…
В том, что странным голосам в голове в этом мире стоит доверять, я отчего-то не сомневаюсь.
— У тебя получилось! — улыбается Камилла, глядя на меня с неподдельной радостью. — Я не сомневалась в тебе, сын. Но… что случилось? Почему тебя не было так долго?
Она излучает заботу и уверенность, но даже в полутьме комнаты я вижу и мешки под глазами, и бледность на усталом лице. Похоже, Камилла так и не сомкнула глаз, прождав меня здесь несколько часов.
Да ещё и Ролафа сдерживала на пороге сколько могла — судя по тону их перепалки, которую я слышал после возвращения, она сумела попортить капитану немало нервов, лишь бы выиграть мне хоть немного времени.
— Да… мама. — уже твёрдо отвечаю я, наконец полностью восстановив дыхание. Теперь, когда я выбрался из-под одеяла, стало видно промокшую насквозь одежду. — Море помогло мне. Но… всё прошло не так гладко, как хотелось бы.
Ещё по пути сюда я напряжённо думал — как рассказать Камилле о том, что её пятнадцатилетний сын зарезал двух взрослых мужиков, да ещё и контрабандистов.
Но рассказать нужно. Хотя бы потому что именно она показала мне путь в этот грот. Она помогла мне восстановить часть сил. А значит, когда убийцу начнут искать, на неё рано или поздно выйдут.
Особенно если они знают о портале — а я не думаю, что контрабандисты не исследовали совершенно пустой тоннель, заканчивающийся тупиком.
А ведь раньше Камилла с ними работала, сама ночью упоминала. Так что она будет первой и главной подозреваемой. Впрочем, думаю, что случившееся расстроит её меньше, чем расстроила бы моя бесславная гибель.
Так и оказалось. Когда я, скинув плащ и переодеваясь в поданную ей сухую одежду, бегло поведал ей о случившемся, сделав особый акцент на безвыходности ситуации, она выслушала удивительно спокойно.
— Ты сделал что должен был, сын… — тихо, но без доли осуждения произнесла она, когда я сделал паузу. — Отец… твой дед всегда учил меня, что за свою жизнь… и за право жить так, как считаешь правильным, нужно бороться до конца.
Сделав паузу, она с лёгкой грустью усмехнулась, и продолжила:
— Хотя, ему эта наука аукнулась, и ещё как. Когда я, наплевав на все приличия, выбрала твоего отца… Тогда я думала, что мы с ним родственные души. И мы вместе учили вас с твоим братом той же науке… помнишь?
Авий помнил. Как в детстве брат, сам старше Авия на каких-то пять лет, защищал его от компании каких-то малолетних отморозков… наверняка, тоже из шестёрок Старших. И как потом его, побитого, но не сломленного, родители хвалили и ставили Авию в пример.