— Я тоже никогда-никогда не буду сдаваться! — эхом отозвались в памяти дерзкие слова, сказанные матери пятилетним Авием.
После чего почему-то сразу всплыли жалкие обрывки воспоминаний о его последнем погружении и столкновении с демоном глубин. Тогда он тоже не сдавался до конца.
Нужно обязательно выяснить, кто или что заставило парня, даже не пробудившегося, нырять на такую огромную глубину. Понятно, что Старшие — но кто конкретно?
Мои родители ведь тоже учили меня бороться за своё. Даже тогда, когда кажется, что борьба обречена… Если у Авия раннее детство было самым счастливым временем в жизни, то у моей семьи, пожалуй, самым трудным.
Часто казалось, что мы у края пропасти. У края голодного выживания. Но родители всё это выдержали вместе, душа в душу, не опуская рук. И всегда были для меня примером.
— Помню, мам. — ответил я, завязывая шнурки на груди простой, но опрятной свободной рубахи светло-серого цвета. — Как бы тебе теперь это тоже не аукнулось… К чему нам следует быть готовыми?
Об Эльмее ещё не упоминал. Хотел сначала выяснить, как Камилла отреагирует на новость о сыне-убийце. Раз всё обошлось — пора рассказывать. Но сначала нужно узнать, чем грозит нашей семье случившееся.
— Да, — кивнула Камилла. — Люди, которые нынче заправляют контрабандой на Эол, куда опасней визгливого Ролафа. Но есть шанс, что они не посмеют нас тронуть, чтоб не началось расследование, которое может вывести людей Вождя на них.
Увы, боюсь, она неправа. Богиня, или кто бы она ни была, отчётливо дала понять — если ничего не предпринять, жить мне осталось три дня. И я очень сомневаюсь, что меня ради развлечения решит казнить Управитель.
Может, конечно, со мной решат расквитаться Старшие, этот вариант исключать нельзя. Но если задуматься… Этот Висельник приплывает через двое суток. Сколько-то ищет тела своих. Сколько-то выходит на нас. Сколько-то решает, что делать.
И именно через сутки после его прибытия я должен умереть. От этой мысли мороз идёт по коже… должен умереть. Раньше я иногда думал, ради развлечения: предложи мне кто точно узнать судьбу — отказался бы я?
Чёрт, конечно же нет! Ведь нет никакой судьбы, всё что случается — результат наших и чужих действий в меняющемся мире. И только благодаря знанию, что осталось меньше трёх суток, я могу действовать. Могу избежать этой участи.
— Не стоит нам полагаться на удачу. — отвечаю я Камилле, обдумав расклад. — Думаю, этот Висельник, которого они собирались ждать, не сможет спустить убийство своих людей. Иначе остальные просто прирежут главаря, который не может за них даже отомстить. Это железный закон.
Никто в здравом уме не доверит свою жизнь лидеру, который эту жизнь не ценит. Не говоря уже о том, что дело тут не только в репутации, но и в одной синекожей девчонке…
Он просто не может оставить в живых тех, кто о ней знает. К слову об этом.
— Мам… Дело тут ещё и в том, что они… привезли в грот кое-что очень ценное. Точнее, кое-кого. Они похитили одну из бессмертных.
Вот тут Камиллу не на шутку проняло. Зрачки расширились, а тени под глазами стали ещё резче видны на побледневшем лице. Женщина бесшумно поднялась, подошла к окну. Выглянула, тщательно оглядевшись по сторонам, после чего вернулась и прошептала:
— Никому… слышишь, сын, никому ни слова об этом! Если кто-то узнает, что мы хотя бы в теории могли предотвратить гибель одной из… них, и не предотвратили!..
— Э-э… — удивлённо перебиваю я. — А почему ты решила, что она мертва? Вообще-то… она жива, и ждёт моей помощи с той стороны портала. Об этом я и…
— Жива⁈ — на миг позабыв об осторожности, ахнула Камилла. — И она не убила тебя как свидетеля её слабости⁈ Боги, какое счастье! Наверняка, это потому что ты её спас… Я сейчас-же пойду туда! Правда… чтобы вытащить её, придётся окончательно разрушить портал. Но это неважно! Важно как можно скорее отвести её в Ольяндраг.
Удивительно, как эта новость взбудоражила обычно спокойную и даже, я бы сказал, хладнокровную Камиллу. Но ещё больше меня озадачило её неподдельное удивление тому, что бессмертная оставила меня в живых…
Неужели, они стоят в этом мире вот настолько выше людей, что могут запросто прирезать любого, кто увидел что-то не то? И при этом, именно они — официальные посланники богов?
Как бы то ни было, придётся Камиллу огорчить.
— Мам. — чуть резче, чем нужно, говорю я, чтобы сбить её боевой настрой. — Мам! Послушай сейчас внимательно, это очень важно.
И я без утайки рассказал ей всё, что случилось после моего пробуждения в воде. Как Эльмея приставила мне клинок к горлу, как мы всё-таки договорились, и как я помог ей добраться до тупика.