На последних словах он понизил голос до шёпота, вжал голову в плечи и тревожно огляделся. Ишь какой богобоязненный… Впрочем, он вырос с этим. Это мне до сих пор, несмотря на все здешние чудеса, непросто осознать, что «с неба» за нами реально кто-то вроде как приглядывает.
— А… — услышав его ответ, Эльми заметно расслабилась. — Ну, это не подсудное дело, пока не вредит никому напрямую. Так многие местники делают. Да даже матушке Авия от Системы капает что-то, когда люди её едой наслаждаются, или товары покупают. Система всех нас связывает незримыми узами.
От упоминания еды живот Герта уныло заурчал. Лод явно не озаботился тем, чтобы покормить «дорогого гостя». Эльмея же, немного помолчав, добавила, уже резче:
— Просто некоторые думают, что эти узы должны стать кнутом в их руках. Таких рано или поздно… приходится наказывать.
Я уже собирался вставить свои пять копеек — всё-таки пригласить Герта в дом. Если наш план удался — лучше пусть он будет при нас, так точно никому не сболтнёт лишнего. Ну а если нет, и за нами придут — деваться ему будет некуда, а нам лишняя «боевая единица» всегда на руку.
Но я не успел. Голова вдруг затрещала от нестерпимого стеклянного звона, а плащ на мне — и это совсем сбило меня с толку! — взвился и затрепетал, окутывая меня чем-то вроде мутной дымки…
А затем всё застыло. Герт не успел и глазом моргнуть, а Эльмея, явно уловив угрозу, дёрнулась, вскидывая меч. Но тщетно. Пейзаж вокруг преломился, став напоминать витраж из кусочков мутного стекла.
А потом будто отовсюду сразу раздался неприятно знакомый голос.
— И кого же приходится наказывать столь юной леди в столь поздний час?..
Я действовал на чистых рефлексах. Нет, где-то на краю сознания всплыла мысль — надо вернуть подвижность! Надо выбраться из-под контроля! Но тело сработало вперёд разума.
Шаг в пустоту!
Реальность померкла… чтобы затем вспыхнуть мириадами полыхающих белым светом линий. То, что в обычном состоянии показалось мутным стеклом, теперь предстало как тонкая, но очень плотная сияющая паутина. Купол из белых нитей.
А наверху, в центре купола — человеческий силуэт, также ослепляющий сиянием.
Так и не почувствовав обращённого на себя внимания, я рванулся в сторону, к ближайшему краю купола. Но разум уже взял верх над рефлексом свободы.
Не пострадаю ли я от прикосновения к этой сети, если в астрале она куда ярче, чем в реальности?.. Да и стоит ли гневить Управителя на ровном месте? В том, что это он, нет никаких сомнений.
Этот холодный безжизненный голос я вряд ли с чем-то спутаю, хоть и беседовал с ним лишь раз.
Отмена Шага в пустоту.
Сияние погасло. Мир снова погрузился в мутный кисель, не дающий сдвинуться с места. Но мой манёвр не прошёл зря. Там, где я стоял пару секунд назад, теперь дрожит заметная прореха. А там, где оказался сейчас, купол вибрирует и ходит ходуном!
— Ого… — по мутной поверхности пронёсся глубокий вздох. — А вот это уже интересно. Приглашаю всех… троих, как оказалось, к тёплой дружеской беседе. Там вы расскажете мне, что за искажение эфира я ощутил с десяток минут назад. Почему вы шастаете тут среди ночи в артефактах… И каким образом ты, Эолан, сумел остаться для меня незамеченным⁈ Отказ не принимается!
Только теперь я обратил внимание на скромное сообщение от Системы, мерцающее на краю зрения. О том, что мой плащ успешно отвёл внимание могущественного существа.
Ещё не успело улечься эхо от слов Управителя, а мы трое уже оторвались от земли и со вскриком взмыли в воздух. Вот и попали… Очередной повод напомнить себе, как слаб я в сравнении с действительно могущественными практиками этого мира.
Обязательно напомню. Если выживу. Похоже, у пророчества богини войны ещё есть шанс исполниться…
Глава 24
Добрались, что называется, с ветерком. Я как-то прыгал с парашютом — ощущения похожи на момент до раскрытия купола. Только тащило меня не вниз, к земле, а по широкой дуге прямо к каменным «хоромам» местного главы.
Влетев толпой в памятное окно, мы удивительно мягко опустились на холодные плиты пола. Эльмея тут же вскочила на ноги. В полёте с головы девушки слетел-таки капюшон, так что теперь в бледном свете, озаряющем помещение из ниоткуда, все увидели её лазурную кожу и заострённые уши.
Хреново. Если этот старик и правда так помешан на соблюдении порядка, как утверждает, он неизбежно захочет сдать Эльми родне по первой просьбе. Благо, надолго задерживаться в деревне мы не планировали.