Когда достругал дюжину палочек, взял из очага самые плотные «угли», а затем пришло время моей вчерашней добычи — живицы.
Я открыл свёрток с живицей, она была тягучей, янтарно-золотистой, всё ещё сохранявшей липкость, зачерпнул немного ее и нанес тонкий слой палочку, аккуратно вдавил туда кусочек угля и подержал несколько секунд. Смола начала схватываться почти мгновенно, фиксируя уголь намертво.Правда, для полного застывания потребуется еще день-другой — эта живица не спешила застывать.
Получилось грубовато, но функционально. Первый карандаш был готов. Конечно, это была одноразовая вещь: когда уголь сточится, придётся делать новый. Но смолы у меня хватало с избытком, а угля можно было нажечь сколько угодно — практичное решение для моих условий. Я принялся за следующий карандаш, и мысли невольно вернулись к вчерашнему дню.
Грибы. Вчера я провел ряд экспериментов с ними.
Первым делом я попробовал самый очевидный метод — кипячение. Я нарезал часть грибов, залил водой и поставил на огонь. Отвар получился мутноватый, с землистым запахом. Оценка показала двадцать три процента качества: не густо, конечно, но ничего особого я и не ожидал от этой варки. Затем я попробовал горячую водную экстракцию при более низкой температуре: я нагрел воду до того момента, когда от неё начал подниматься пар, но до кипения не доводил. Залил грибы и оставил настаиваться под крышкой. Результат был лучше, но всё ещё не идеальный, так как часть активных компонентов всё же разрушилась.
А потом я попробовал холодный отжим. Хоть изначально я предполагал, что возможно температурная обработка — это тупиковый подход, но результат холодного отжима меня удивил.
Я размял грибы в ступке до состояния кашицы, не добавляя ничего. Я применил простое механическое воздействие, будто делал пюре. Затем отжал получившуюся массу через несколько слоёв ткани: жидкость, которая вытекла, была мутной, с характерным грибным запахом. Самое удивительное произошло когда я разбавил эту жидкость холодной водой.
На поверхность всплыли капельки какого-то странного масла, оно было светло-зелёным, почти прозрачным, и слабо мерцало.
Я аккуратно собрал эти капельки ложкой в отдельную чашечку. Оценка показала результат, который заставил меня присвистнуть.
[Грибной концентрат
Качество: Отличное
Содержание активных веществ: 78%
Свойства: слабые противовоспалительные]
Уж такого я точно не ожидал.
Холодный метод сохранил больше активных веществ, чем любой из горячих способов. А разделение в воде позволило отделить именно те фракции, которые содержали нужные свойства гриба. Тут я скорее ткнул пальцем в небо, но с другой стороны палец-то направлял я.
Возможно, всё дело в том, что это был простой гриб, и там из свойств было только противовоспалительное? И поэтому масло выделилось так легко и не потеряло своих свойств? Не знаю.
В любом случае, я сделал еще кое-что.
Взяв еще одну порцию грибов, я залил их холодной водой и закупорил в бутылочке. Тоже было интересно, что из этого выйдет — посмотрю и оценю через несколько дней. Еще одну небольшую бутылочку я заполнил маслом и погрузил туда нарезанные грибы — с маслом тоже могло выйти что-то интересное. Тут нужно было подождать с неделю. Впрочем, никто мне не мешает делать оценку каждый день.
После экспериментов с грибами я занялся ужином. Приготовил грибы с корнеплодами — простое, но питательное блюдо. Как оказалось, они неплохо сочетались. Обжарив грибы на сковороде, я добавил к ним нарезанные корнеплоды и немного воды для тушения. Вот только заправки не хватало, но, как говорится, чем богаты, тем и рады.
На утро нас ждал…грибной суп. Раз уж насобирал кучу грибов, грех их не использовать по назначению.
Местные грибы на вкус были очень даже неплохи. Я набрал где-то три основных вида, но на вкус мне понравился только один, с виду напоминавший наш белый гриб. Он дал супу невероятный аромат и насыщенность — именно то, чего не хватало моим «супам» до этого. Теперь он не был пресный и Грэм умолотил аж две миски. Первый раз он проявлял такой аппетит, а это значит, что ему действительно лучше. После этого он решил снова поспать, и мне это показалось хорошим знаком.
Я, тем временем закончил последний карандаш и положил его к остальным. Дюжина. Этого достаточно. Теперь нужно найти на чём писать, но это уже задача на потом.
Я поднялся и потянулся. Солнце уже поднялось достаточно высоко. Грэм ещё спал, его тело требовало отдыха, и я не стал его будить — пусть восстанавливается. А мне пора тренироваться.
Потряс руками, расслабляя их (они зажались от стругания) и, выйдя за дом, начал пробежку.
Кругов не считал, просто бежал, пока дыхание не начинало сбиваться, потом переходил на шаг, восстанавливался и снова бежал. Думаю, бегал я не более получаса, но весь взмок, и только после этого остановился.
После этого вернулся к корыту с водой, скинул рубашку и окатил себя водой. Сразу взбодрился. Рядом, сидя возле корыта, недовольно (и я бы даже сказал с осуждением) смотрел Шлепа.
Я не сразу понял, что он от меня хочет, но потом вспомнил, что его по утрам кормил обычно Грэм, который сейчас спал дольше обычного. У старика был мешочек с какими-то семенами для гуся. Я вошел в дом, нашел это «лакомство» для птицы и, выйдя во двор, протянул Шлепе ладонь, полную этой смеси семян.
Он, медленно переваливаясь, подошел ко мне, с опаской заглянул в ладонь, а потом…клюнул. Гад такой.
— Эй, осторожнее! — воскликнул я.
Шлепа ткнул также еще раз, и тогда я закрыл ладонь, тем самым отрезав доступ к «лакомству».
— Будешь так «тыкаться» — больше не дам.
После этих слов гусь стал как шелковый.
Покормив Шлепу, я продолжил свои утренние тренировки, а именно подтягивания, отжимания и приседания.
Раз. Два. Три…
Тело слушалось всё лучше и было приятно ощущать как мышцы начинают работать и включаться по моей воле. Да и вообще, я наконец-то начал ощущать их. Ещё несколько дней назад я едва мог сделать пять подтягиваний, теперь же дотянул до восьми. Не бог весть что, но для меня это прогресс.
То же самое было и с отжиманиями — их количество перевалило за двадцать.
Сделал по четыре подхода каждого упражнения и остановился, тяжело дыша, и почувствовал приятную усталость в мышцах. Посмотрел на руки, грудь и отметил, что за все эти дни я прибавил. Да, немного, но для меня заметно. Нет, в сравнении с любым, даже самым слабым Охотником я дохляк, однако я сравнивал себя же с собой неделю назад, а не с кем-то другим. Причем я чувствовал, что мог бы продолжать тренировку еще долго — жива уже начала восстановление тела. Вот только меня ждали другие дела.
Вода…ее нужно было много. Я взял вёдра и отправился к реке.
Первая ходка, вторая, третья, четвертая… Разгоряченный тренировками, я не сразу заметил странную вещь: вёдра почти не ощущались! От осознания этого факта я аж остановился. Нет, ведра по-прежнему были полны воды, и весили столько же, но моё тело изменилось. Мышцы окрепли, выносливость выросла, а то, что ещё неделю назад казалось тяжёлой работой, теперь воспринималось как обычная прогулка.
И когда произошел этот скачок? Это из-за развития Дара? Поглощения? Я его просто не заметил.
Ладно, еще узнаю.
Сделал еще одну ходку, — пятую, — и решил, что хватит.
Корыто было заполнено, теперь можно было перейти к работе в саду.
Я подошёл к солнечным ромашкам.
Они стояли в своих кадках там, куда я поставил их утром — на солнечном месте. Но солнце уже чуть сместилось, и сейчас был момент, когда лучи падали под оптимальным углом на другую часть двора. Я осторожно переставил кадки туда и замер, присмотревшись бутонам — еще два дня назад их не было. Это были просто небольшие утолщения на верхушках стеблей, которые теперь начинали приобретать форму. Да, определённо скоро они начнут распускаться. Может быть, через несколько дней.