И тут из туши выползло… оно. Существо было размером с крупную собаку, вот только его тело было черным, маслянисто-блестящим, покрытым чем-то вроде хитина. У него было шесть лап, а вместо головы просто огромная пасть, наполненная рядами черных зубов и пара поблескивающих глаз.
Тварь замерла, повернув голову в нашу сторону.
Я застыл. Сердце колотилось так громко, что мне казалось, что тварь сейчас услышит его.
Секунда. Две. Три.
Тварь медленно, очень медленно повернулась в нашу сторону и начала изучать нас своими черными глазами.
Дед стоял неподвижно, но я видел, как его рука скользит к топору. Медленно. Плавно. Ни одного резкого движения.
Я видел как капает слюна с игловидных зубов.
И запах — ужасный запах гнили и разложения, что-то кислое и металлическое.
Тварь остановилась и подняла голову, будто принюхиваясь.
А потом… вдруг раскрыла крылья, которых я поначалу и не заметил из-за того, что они были плотно прижаты к телу — и резко взлетела. Но не в нашу сторону, а вертикально вверх между деревьев, скользнув сквозь просвет в кронах.
Я выдохнул только через несколько секунд, когда понял, что она действительно улетела.
Дед тоже выдохнул. Рука его разжалась на рукояти топора.
— Черный падальщик, — глухо сказал он. — Убить-то я его убью, но тварь может цапнуть и заразить какой-нибудь дрянью, от которой хрен вылечишься. С ними лучше не сражаться. Они, правда, тоже не нападают обычно на живых — питаются падалью. Но если в голову что-то взбредет или если почувствуют страх… тогда могут атаковать и живого. Вообще-то он должен быть за Кромкой. Тут летают только обычные. Странно…
Он посмотрел на труп на тропе, потом на меня.
— Хочешь вернуться?
Я покачал головой.
— Мы уже проделали длинный путь.
— Правильный ответ. Пока неплохо держишься, — хмыкнул ободряюще Грэм и мы двинулись дальше.
Где-то меньше чем через полчаса мы достигли настоящей границы Кромки. Внешне она ничем не отличалась от остального леса, но я почувствовал её всем телом: воздух стал почти вязким от концентрации живы. Дыхание само собой участилось, а сердце забилось быстрее. Набор живы ускорился.
— Добро пожаловать в настоящее Зеленое Море, — мрачно усмехнулся дед. — Теперь каждый шаг может стать последним. Кромка закончилась, дальше будет опаснее. Намного опаснее. И если услышишь крылья, сразу прячься возле деревьев.
Я кивнул.
Первое, что поразило меня в настоящем Зеленом Море — это размеры деревьев. Они как-то резко стали толще, выше и их кора то тут, то там пульсировала то зеленым, то золотым, в зависимости от дерева.
А еще между исполинскими деревьями гуще, чем в Кромке струился золотистый свет — та самая жива, которая была здесь настолько концентрированной, что становилась видимой. Появились различные растения с металлическим блеском и разноцветными прожилками, я узнавал лишь некоторые из них.
— А что это? — шёпотом спросил я, указывая на странное дерево справа от нас.
Его ствол был покрыт пульсирующими пятнами красного цвета, а листья медленно поворачивались, словно следя за нами. От него становилось… тревожно.
— Кровавая Берёза, — так же тихо ответил дед. — Охотится на мелких животных. Если подойдешь слишком близко, выстрелит шипами с парализующим ядом. Потом будет месяц переваривать твою плоть.
Я поежился и отошёл подальше от дерева. Листья действительно поворачивались, следя за моими движениями. Вот только березу она не напоминала ни капли, разве что чуть висящими вниз ветками.
Ещё через час мы наткнулись на первые действительно ценные растения. Дед остановился возле небольшой поляны, где рос куст с фиолетовыми ягодами.
— Плоды Ночной Звезды, — сказал он с удовлетворением. — Очень редкие. Одна горсть стоит как серебряная монета. На весь долг Трану не хватит, но уже что-то. Проблема в том, что они портятся очень быстро после того как сорвать, но с полдня протянут наверное.
Он достал специальные кожаные перчатки и осторожно начал собирать ягоды в одно из отделений моей сумки.
— А почему перчатки? — поинтересовался я.
— Сок ядовит. Если попадёт на кожу — получишь ожог, а если на рану… можешь попрощаться с рукой. Их алхимики специально вываривают и каким-то образом убирают яд. Не знаю как, но берут охотно.
Кто бы сомневался! Каждое растение здесь таило в себе смертельную опасность, но при этом обладало невероятной ценностью.
Дед работал быстро и профессионально. За несколько минут он собрал все ягоды, не оставив ни одной и мы пошли дальше.